Казак на чужбине

Они ехали к себе домой, на родину, на постоянно памятный уму и сердцу Северский Донец. Молодые казаки гундоровцы как с родными прощались с ними, передавали нескончаемые приветы и поклоны родне, и отчаянно им завидовали.

Перед отправкой по домам старослужащие казаки, в который уже раз подшутили над глуховатым сапожником Юзефом. Его маленькая сапожная мастерская находилась в одном из запутанных переулков в центре Замостья, неподалеку с казармами десятого полка.

И сам Юзеф, и его отец, и его дед уже несколько десятилетий занимались тем, что шили казакам сапоги и делали это столь мастерски, что в тех самых сапогах даже после действительной службы гундоровские казаки щеголяли еще не один год и при этом приговаривали:

– Юзефова обувка! Износу ей нет.

И фасон глаз радует.

Проминались изготовленные Юзефом сапоги на голенище как раз в том месте, в котором надо, ногу в портянке принимали, как мышку норка, и походка от них не портилась, и шаг на плацу печатался с особенным глуховато-ровным звуком.

С давних времен, и не вспомнить с каких, повелось, что накануне отправки старослужащих казаков по домам, одним из самых озорных отъезжавших, снимался новёхонький сапог, вывешенный в виде рекламы на кованную чугунную палку-завитушку под навесом у входа в обувную мастерскую Юзефа, и тайно заменялся на старый, стоптанный, ни разу не ремонтированный и припрятанный для этого особого случая в дальнем углу цейхгауза.

Наутро следующего дня, охотно принимая участие в этой ставшей забавным ритуалом давнишней игре, Юзеф картинно ругался, выбегал из мастерской, показывал пальцем то на окна соседней казармы, то на вывешенный сапог.

Ожидавшие традиционного осеннего сапожного представления, поляки высовывались в маленькие оконца по пояс и громко потешались над Юзефом. А через день после отправки казаков на Дон, отдавая дань всё той же традиции, к сапожнику приходил вахмистр полковой штабной команды и возвращал с извинениями сапог, пошутили мол, казаки – традиция такая. Юзеф улыбался, хлопая вахмистра по плечу, ничего, и чего не бывает между друзьями, принимал украденный сапог, который тут же водворялся на положенное ему место, и через год, все также осенью, вся история повторялась вновь…

Узнав про эту забавную традицию, Антон про себя подумал:

– А ведь придет осень шестнадцатого, и я первым вызовусь подшутить над Юзефом.

* * *

Прошло еще несколько недель обучения молодых казаков в учебной команде.