Красный блокчейн

Если коротко – то, например, последнюю передачу удалось организовать только после информации с сеанса. А иногда можно получить какие-нибудь плюшки.

– И что это может быть? – спросил Хунбиш.

– По-разному. Можно нанести дамаг оппонентам. Забустить скиллы. Получить информацию. Бывает даже, что уникальный предмет. То, что помогает в столкновении, которое случается после задания. Как в конце уровня. Понимаете?

– Нет, – сказал Хунбиш. – Иногда я думаю, что вы говорите про жизнь. Но потом вы начинаете рассказывать про игру.

– Вы разберётесь, – пообещал Жорж. – Поговорите с Олегом Кирилловичем. А пока всё, что нужно знать – так это то, что нам нужно найти ответы на вопросы. Задача эта важная. Не для нас даже. Для России. Предметы у нас есть.

– Предметы! Точно, – сказал Хунбиш. – Можно посмотреть? Я ведь видел только половину.

– Хорошо, – сказал Жорж. – Давайте сначала договорим.

– Нет, – сказал Хунбиш, – лучше сейчас.

Жорж молча встал с кресла, открыл дверь и сделал приглашающий жест.

Они зашли в соседнюю комнату. Комната была заперта на два замка, а внутри Жорж набрал на пульте комбинацию. Видимо, это была сигнализация.

– Что здесь? – спросил Хунбиш.

– Это ситуационная комната, – сказал Жорж.

Он включил свет. Хунбиш увидел у стены ряд стульев, стол, флип-чарт с фломастерами, холодильник, два ноутбука на столе. Жорж отодвинул картину, под ней обнаружился сейф. Ему потребовалось ещё два ключа из его связки, отпечаток пальца и цифровой код.

А потом он достал из сейфа и разложил на столе все предметы.

* * *

Богов четыре смертных – Огонь, Вода, Земля, и Воздух, и два бессмертных, нерождённых, вечно враждебных друг другу – Распря и Любовь.

Ипполит

* * *

021

Бывает – всю жизнь прожил рядом с какими-то вещами. А потом посмотришь, и словно бы перед глазами стоят новые фильтры – настолько это всё чужое, странное. Инопланетное. Что-то подобное случается, если часто и быстро повторять одно слово.

Тогда оно теряет своё значение и начинает звучать непривычно.

Или вот, в детстве у Хунбиша случалось, что он мог усилием воли отодвигать вдаль предметы. Он особым образом смотрел на них, и они отъезжали. И тогда повседневные вещи превращались непонятно во что. Например, кисть руки могла телескопически выдвинуться на десятки метров, превратиться в крошечные шевелящиеся лапки.

А бывает – видишь что-то в первый раз в жизни. И в груди ёкает. Вибрирует.