Дальневосточный тупик: русская военная эмиграция в Китае (1920 – конец 1940-ых годов)

После гибели Дутова его отряд возглавил полковник Т.В. Гербов, начальником штаба стал подполковник П.П. Папенгут[102 - Папенгут Павел Петрович, 1894 г. р. Окончил Ташкентский кадетский корпус и Михайловское артиллерийское училище (1914). Участник Первой мировой и Гражданской войн. Член подпольной Туркестанской военной организации. В войсках атамана Дутова, офицер 1-го Егерского батальона Южной армии. Штабс-капитан. Штаб-офицер для поручений при атамане Дутове. Подполковник. Семьи не имел.]. Однако Гербов продержался недолго.

В отряде разгорелись интриги, не последнюю роль в которых играл главный отрядный священник – игумен Иона[103 - Игумен Иона (в миру В.И. Покровский) имел ученое звание кандидата богословия и являлся приват-доцентом Казанской духовной академии. С началом Первой мировой войны о. Иона добровольно отправился на фронт (по другой версии, в 1917 г.), служил бригадным священником во 2-й армии Западного фронта, позднее главным священником 11-й армии. В 1918 г. был арестован большевиками, едва избежал гибели. В годы Гражданской войны занимал должность главного священника Оренбургской армии. Был одним из наиболее последовательных антибольшевиков и активно способствовал деятельности атамана Дутова по подготовке вооруженного выступления в Семиречьи. Оказался замешан в деле убийства Дутова, так как именно он познакомил атамана с К.Г. Чанышевым, сотрудником ОГПУ, возглавившим операцию по ликвидации Дутова.], поддерживавший в борьбе за лидерство начальника хозяйственной части отряда подъесаула А. Я. Арапова. Важным было и то, что игумен Иона имел доступ к отрядным деньгам, хранившимся в Кульдже[104 - Впоследствии полковник Гербов выдвинет против о. Ионы обвинение в присвоении им части отрядных сумм, впрочем никаких твердых свидетельств этого не было. Мнение о присвоении части войсковых средств о. Ионой придерживается, в частности, и А.В. Ганин [Ганин, 2005б, с. 155–157].]. В конце концов, Иону удалось командировать в Китай с докладом о тяжелом положении беженцев в Синьцзяне[105 - Перед отъездом из Синьцзяна игумен Иона направил открытое прощальное письмо к отряду Дутова, где он, в частности, указал, что поездка в Пекин являлась волей покойного атамана и начала готовиться еще при его жизни. Иона надеялся попасть в Пекин в конце мая, но путешествие из-за китайских проволочек продлилось девять месяцев, а изменившаяся к тому времени ситуация в Синьцзяне сделала задачу поездки о. Ионы неактуальной.