Сталин, Александров и Краснознаменный ансамбль

Затем, усадив меня играть ф[ортепьян] ную партию, [он] сам взял скрипку. Мы недоумевали, кто же будет играть, и страшно поразились, когда отец начал играть партию скрипки»

.

Всем видам отдыха Александров-старший предпочитал наиболее активный. По свидетельству сына, «А[лександр] В[асильевич] в жизни не любил ничего медлительного, даже в период своего отдыха. Особенно любил отец ходить за грибами. Готовился с вечера. Будил нас рано утром, и [мы] шли километров за 12 в сосновые боры. Чтобы не заблудиться, отец почему-то брал фамилию Соловьёв, и мы все друг другу кричали “Со-о-оловьёв”, так что в лесу мы все были Соловьёвы.

Найдя белый гриб, отец необычайно радовался, подбегал, всем его показывал и кричал “Ловчатка”, что значило у него ловко. […] Несмотря на длительные переходы, А[лександр] В[асильевич] всегда был жизнерадостный, не чувствовал усталости, шутил, давая прозвища, вот некоторые из них: “Эй ты, отец”, “Отцы-хомцы”, “Ловчатка”, “Коза”, “Шебалда-Иваныч”, “Отроки”, “Отроковицы”, “Долдоны

”, получившие впоследствии распространение в нашем ансамбле (перенос семейных традиций в работу с ансамблем – весьма характерный штрих к портрету его художественного руководителя.

Наши имена тоже переделывал – напр[имер], меня часто звал “Бонжляна”, Владимира – “Володяхонцы”, Сашу – “Шурляна”. Двух девочек, живших с нами на даче, отец звал “Зайчицами”, они обижались и долго думали, как бы его тоже прозвать, и, вспомнив, что он очень любил купаться, прозвали “Моржище”.

Отец делал вид, что сердится, бежал за ними, а те, конечно, с визгом убегали, и вдалеке было слышно: “Моржище, Моржище!”»

.

На втором почетном месте после сбора грибов была рыбалка.

«Из игр отец очень любил городки, – вспоминал Борис Александров. – Часто летом под вечер можно было увидеть две сражающиеся команды, одним из командиров команды был отец. Страшно был доволен, когда с одной лапты выбивал всю фигуру, и гордо, как на параде, подняв биту вверх, проходил мимо террасы, где смотрели за нашей игрой.

Из игр А[лександр] В[асильевич] еще любил: девятый вал, преферанс и шахматы, но здесь часто терпенье его истощалось и он бросал игру.

Покойный брат Саша замечательно играл в шахматы. Восьми лет он обыгрывал даже взрослых. Научил его играть отец. Когда Саше не хотелось играть, то А[лександр] В[асильевич] вынимал деньги и ставил условие: “Если выиграешь – получишь рубль”. Саша, конечно, старался и часто выигрывал.