Сталин против Зиновьева

 Ленину очередное письмо, в котором декларировал: «…Питер теперь – ворота к Москве»[81 - РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 24337. Л. 4.]. Зиновьев усомнился, что основатель партии отдавал «себе отчет»[82 - Там же. Л. 1.], какие последствия могло повлечь за собой оставление Петрограда. В Центральном Комитете-де «привыкли» считать возможную сдачу колыбели революции не великой бедой, а «локальным поражением». Зиновьев убеждал, что «… потеря Питера уже через две недели (если не скорее) поставит Москву в такое же положение, в каком сейчас находится Петроград – иными словами, поставит под вопрос все»[83 - Там же.

]. Предвидя, что Ленин спишет филиппики на склонность Зиновьева к панике[84 - См.: Там же.] и его невладение ситуацией на фронтах в целом, а также хорошо известный председателю Совнаркома бюрократизм петроградского советско-хозяйственного аппарата[85 - Там же. Л. 4.], лидер Северной столицы заранее указал: «Все это абсолютные пустяки»[86 - Там же. Л. 4.]. Аргументы Григория Евсеевича: 1) 7?я армия после падения Петрограда будет «в ужасном положении» (в т.  ч. и моральном, хоть об этом Зиновьев и не написал); 2) положение на севере и в Вятке крайне осложнится, что «опять-таки» приведет к прямой угрозе Москве[87 - Там же. Л. 2.]; 3) Антанта не замедлит оказать поддержку белым «в стократном»[88 - Там же. Л. 1.] объеме, а Финляндия получит возможность, «не объявляя России открытую войну, всю свою армию дать белым в качестве хотя бы фактических арьергардов»[89 - Там же. Л. 1.]; 4) измена командного состава Красной армии в условиях военной катастрофы «будет увеличиваться прямо пропорционально»[90 - Там же. Л. 1.] успехам противника; 5) в связи с отсутствием войск между Петроградом и Москвой начнется восстание кулацких элементов в тылу Красной армии; 6) в связи с приближением «самых голодных» месяцев будет нетрудно «разжечь» недовольство на «этой почве»[91 - Там же. Л. 1.]. Добавим, что последнее было задано курсом Свердлова и Троцкого на «Гражданскую войну в деревне» 1918 года.

Из доклада Г.

Е. Зиновьева четко следует, что при обороне Северной столицы начала в полном объеме сказываться нехватка петроградских большевиков, сгоревших в 1918 – начале 1919 г. в горниле Гражданской войны. Теперь, в условиях наступления белых, в самом Петрограде ставить под ружье оказалось некого. «Когда был брошен клич “На Юг!”, туда двинулись десятки броневых поездов и машин, десятки полков, сотни лучших работников. То же с Восточным фронтом. А теперь?»[92 - Там же. Л. 2.