Анти-Суворов. «Ледокол» опровергнут!

Этот документ любопытен еще и тем, что он отражает мнение той сравнительно небольшой части населения Германии, которая хотя и была враждебно настроена по отношению к Советскому Союзу, но не желала войны с нами, предвидя собственную гибель. Вот некоторые выдержки из этой большой докладной записки Крозигка

.

«Уважаемый господин рейхсмаршал!.. Не мы ли стремимся к разногласиям с Россией, предполагая, что однажды таких разногласий нам все-таки не избежать и лучше их разрешить теперь, а не позже… Вы поймете меня, если я, пользуясь доверием, которое вы неоднократно оказывали мне даже в вопросах, выходящих за пределы моего министерства, открыто выскажу свое мнение по этому вопросу, как наиболее важному для судьбы нашего народа…

Я не могу себе представить, что управляемой Германией Европе следовало бы ожидать опасность со стороны России… Решающими кажутся мне следующие два момента.

Всякое разделение России или же только отделение более крупных областей от России создаст предпосылки для будущей войны в Европе, так как никакой государь в России… не будет в будущем успокоен, пока не возвратит потерянных районов. Второе соображение имеет еще большее значение. В борьбе славян с германцами, ведущейся в течение многих столетий, славяне почти никогда не угрожали германцам силою оружия…

Может быть, следовало бы опасаться всего этого, если бы русские не соблюдали условий пакта или не выполняли обещанных поставок и т. д. Но до сих пор никаких признаков такого отношения не отмечалось… в то время как между Россией и нами завязывается война»

.

Германский генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн стратегическое построение Красной армии в начале Великой Отечественной войны считает оборонительным: «Много спорили о том, носило ли развертывание сил советской армии оборонительный или наступательный характер. По числу сосредоточенных в западных областях Советского Союза сил и на основе сосредоточения больших масс танков как в районе Белостока, так и в районе Львова можно было вполне предполагать – во всяком случае, Гитлер так мотивировал принятие им решения о наступлении, что рано или поздно Советский Союз перейдет в наступление.

С другой стороны, группировка советских сил на 22 июня не говорила в пользу намерения в ближайшее время начать наступление…

…22 июня 1941 года советские войска были, бесспорно, так глубоко эшелонированы, что при таком их расположении они были готовы только для ведения обороны»

.