Пращуры русичей

Конунг прошёл мимо, оба телохранителя поспешили за ним. Лейв с трудом верил в свою удачу.

– Ах, да, – обронил конунг напоследок. – Этот пленник, которого ты притащил, пусть останется. Мне сейчас нужно много трелей.

6

Большая птица опустилась на примятую траву, сделала несколько прыжков и остановилась. Её круглые глаза блестели словно бусины. Лежавшее рядом тело оставалось неподвижным. Ворона выждала ещё немного, сделала ещё пару прыжков и, уже шагом, подошла к лежащему в грязи человеку. Даньша очнулся и пнул ногой наглую птицу.

Та шарахнулась, разразившись хриплым карканьем, и улетела. Резь в затылке оказалась такой сильной, что Даньша застонал. Он снова попробовал шевельнуться, расправил плечи и приподнялся на локтях. Боль снова заявила о себе. Оглянувшись, юноша пришёл в ужас. Он лежал на куче соломы возле какого-то сарая, вокруг сновали незнакомые люди. Едкий запах дыма резал нос, заставлял глаза слезиться и вызывал тошноту. Даньша зажал нос рукой, и увидел, что пальцы перепачканы запёкшейся кровью. Судорога скрутила тело, его вырвало.

– Очухался? – Надей склонился над пленником. – Может воды?

Надей протянул флягу, Даньша отрицательно покачал головой.

– Живучий попался, – фыркнул Голяш, развалившийся рядом, прямо на траве. – Я-то думал, что ты его того, насмерть зашиб.

– Зря от питья-то отказался, – Надей приложился к фляге, вода потекла по его щекам, залилась за воротник. – Эти тебя поить не станут.

Парень кивнул на бродящих повсюду воинов.

– Вы ж, вроде, из наших, а варягам прислуживаете, – прохрипел Даньша, не узнав собственного голоса.

– Не этим мы служим, а княжичу новгородскому, – беспечно заявил Надей.

– Ты язык себе прикусить не пробовал? – зло прошипел Лейв. Он подошёл бесшумно, так, что все его заметили лишь в последний момент. – Треплешься как баба базарная, а думать башкой не хочешь.

– А чего я такого сказал? – парень надул губы.

– Ничего! Собирайся давай, в Новгород едем.

– Это дело. Давно пора.

Пока оба его помощника седлали коней, Лейв подошёл к Даньше и присел рядом.

– Ну, что, оклемался? Не успел я давеча тебя расспросить. Сам-то, говоришь, из местных?

Даньша отвернулся, набычился.

– Ну, не хочешь говорить, не говори. Человека ты мне одного напомнил, вот я и хотел узнать…

– И верно, на хозяина он похож. Ну, прям одно лицо, – встрял в беседу подошедший Радей. – Всё готово, можем ехать.