Крах тирана

– Это не только чудо, – снова понизил голос Сен-Жермен, – но также и величайшая тайна. Раньше он сиял над троном государя между двумя павлинами, однако теперь его там нет. Но я чувствую, что этот великий камень где-то здесь, поблизости, я ощущаю его магическую силу, но все делают вид, что его не существует.

– Вы собираетесь его украсть? – спросил Калушкин.

– Это невозможно, – с сожалением ответил Сен-Жермен. – Это все равно, что украсть собственную голову у самого себя. Во всяком случае все, кто им обладал, начиная с Бабура, основателя империи Великих Моголов, кончали несчастливо.

Однако я в некотором смысле состою на службе у Надир-шаха, и его величество желает, чтобы я нашел этот легендарный бриллиант. Но я найду его не для шаха, а чтобы попытаться раскрыть тайну, которая творит великие несчастья.

– На что вам такие беспокойства, если, как говорят, вы можете без труда делать золото? – спросил Калушкин.

– Золото – пыль, – покачал головой Сен-Жермен.

 – Оно появляется очень просто.

– Тогда расскажите – как? – любопытствовал Калушкин.

– Вам я открою самый легкий способ, – сказал Сен-Жермен. – Тот же, которым воспользовался Надир.

– В чем же он заключается? – не понимал Калушкин.

– Разгромите Надира и заберите его казну, – развел руками Сен-Жермен.

– Легко сказать, – разочарованно произнес Калушкин.

– Другие способы куда труднее, – улыбался Сен-Жермен. – Для этого требуются знания, которые способны свести с ума кого угодно.

Я несколько раз был у этой пропасти. Но пока Господь меня уберег.

– Все они тут помешаны на сокровищах, – заключил про себя Калушкин. – Однако важнее всего – сведения. Они – те же сокровища. Добыть, утаить и употребить когда следует. Тогда и держава будет в благополучии.

– Мсье Калушкин, – снова заговорил Сен-Жермен. – Как вы полагаете, можно ли сделать так, чтобы камни исчезли?

– Побойтесь бога, – ответил растерянно Калушкин.

 – У нас за это на кол сажают.

– А если так? – Сен-Жермен зажал в руке изумруд, а когда раскрыл ладонь – на ней сиял рубин с голубиное яйцо.

– Бесовские затеи, – перекрестился Калушкин.

– Наука! – поднял палец Сен-Жермен. – Всего лишь наука, в сравнении с которой все богатства Моголов – жалкий мираж. А суеверия плодят лишь нищету.

Когда он снова раскрыл ладонь, рубин сменился сверкающим бриллиантом.