Моя русская жена. Ma femme russe

Сначала меня это жутко раздражало, потому что я обычно пользовался иным, более простым и логичным, на мой взгляд, способом поиска ответов на вопросы.

Я знал, что если мне нужно сделать то-то и то-то, то следует просто набрать этот номер или обратиться по такому-то адресу. А вот для Ани было трудно представить, что можно получить честную консультацию, к примеру, врача или же какого-нибудь официального учреждения. Она предпочитала советоваться в интернет-сообществе.

У Ани есть печальный опыт обращения к российской системе здравоохранения.

На основании ее жалоб на боль в груди ей поставили диагноз: рак молочной железы. Без каких-либо объяснений и без анестезии врач воткнул ей в грудь толстую иглу, чтобы взять биопсию. Боль была просто нестерпимая, с Аней случился травматический шок. После этой процедуры грудь почернела.

Спустя несколько дней ей сказали, что результаты неутешительные и что ей необходима мастэктомия[8 - Мастэктомия – ампутация молочной железы. Прим. перев.], на всякий случай. В состоянии шока и в сомнениях, она вскоре вновь пришла на прием, где ее появление восприняли с нескрываемым раздражением.

Ее отправили сдавать разнообразные анализы (крови и мочи).

Выстояв огромную очередь, она была еще вынуждена заплатить уйму денег за все «необходимые» анализы. Она уверена, что для медицинского персонала это был самый верный способ дополнительного заработка.

Далее Аня снова в буквальном смысле слова оказалась в очереди вместе с другими женщинами, находящимися в такой же ситуации, на осмотр к медсестре, которая, не утруждая себя лишними объяснениями, пропальпировала грудь и изрекла: «Благодари Бога, что нет метастазов, но все же грудь лучше удалить, просто чтобы жить спокойно.

Есть ли рак, можно будет выяснить только после удаления груди и ее последующего исследования».

Аня была в шоке, что вполне понятно, и все же приняла решение не делать предложенной операции. Из своего предыдущего опыта она знала, как плохи отечественные больницы, и решила, что уж лучше жить с риском развития онкологического заболевания, чем рисковать последствиями неправильного лечения в стационаре.

Когда Аня переехала в Швейцарию, и я узнал об этой ее истории и о годах переживаний, в течение которых болезнь висела над ней дамокловым мечом, я сразу же организовал ей все необходимые медицинские обследования – все, что было нужно. Конечно, напуганная своим печальным российским опытом, она была в ужасе, особенно от предстоящей ей биопсии.