Экспедитор. Оттенки тьмы

Ни единою буквой не лгу —

Он был чистого слога слуга,

Он писал ей стихи на снегу, —

К сожалению, тают снега.

Но тогда еще был снегопад

И свобода творить на снегу.

И большие снежинки, и град

Он губами хватал на бегу.

Но к ней в серебряном ландо

Он не доехал и не до…

Не добежал, бегун-беглец,

Не долетел, не доскакал,

А звездный знак его – Телец, —

Холодный Млечный Путь лакал.

Смешно, не правда ли, смешно,

Когда секунд недостает, —

Недостающее звено —

И недолет, и недолет.

Смешно, не правда ли? Ну вот, —

И вам смешно, и даже мне.

Конь на скаку и птица влет,

По чьей вине, по чьей вине?

По нашей, по чьей еще. Во всем, что происходит с нами – нет другой вины, кроме нашей вины…

И нам хлебать.

Бывшая Россия, Удмуртия

Девятьсот девяносто шестой день Катастрофы

Нормальные герои всегда идут в обход, и я в этом смысле не исключение.

Идти через Зеленый Дол мне не хотелось… зная крысиные повадки отдельных личностей, я предполагал, что скорее всего туда нас пропустят, а на обратном – будут ждать.

Да и… разумно было бы пригнать в республику еще сколько-то подвижного состава и тяги… все это зачтется, когда будем вопрос по заводу решать. Все это склонило к решению выдвигаться через Ульяновск, и не по железке, а автомобильным транспортом. Там, если все пройдет удачно, мы загрузим грузовики на платформы и пойдем обратно железкой. А если железкой где-то пройти не получится – у нас будут машины.

И третье, что мы решили, – идти как можно ближе к ветке ж/д, занимаясь ее разведкой. Пригодится на будущее… вообще любые знания пригождаются.

В этот раз конвой собирали мощно. Десять «КАЗов», все либо с капиталки, либо новые, плюс два броневика «КАЗ», один с крупнокалиберным пулеметом, другой с пушкой. С нами шел отряд «Росомаха» – элитный отряд, их и до Катастрофы всего четырнадцать человек было. Числились они в составе УФСИН. Я переговорил с их командиром, подполковником Попцовым – решили, что военную часть экспедиции возглавит он и в своих действиях будет независим.

Я командую только заводскими, при нападении – командование автоматически переходит к Попцову.

Получилось в итоге восемнадцать машин – у Попцова помимо броневиков еще «УАЗы» были, бронированные и с пулеметами.

Перед выездом собрались на заводском стрельбище, скататься, так сказать. Попцова, кстати, я знал давно и завод его знал.