Солнце и пламя

 – Потому что не могут мудрые существа, его создатели, безразлично глядеть на все те мерзости, которые в нем творятся. Не имеют они на это права. Но так есть. Вывод? Богам на нас плевать. Ну или они не так мудры, как о них говорят.

– Пусть их, богов, – отмахнулся я. – Чего мы дальше делать станем? Все планы демонам под хвост из-за этой… дочери.

– Не мы, а ты, – заметил Монброн, принимая из рук Карла мех с вином. – Все, мои полномочия как дядюшки выполнены полностью, теперь твоя очередь. Ты отец, тебе думать.

– О чем ты? – у меня под шляпой волосы встали дыбом. – Какой из меня отец? Я не отказываюсь, от нее, конечно, но…

– Попробовал бы ты после ритуала родства это сделать, – хихикнула Миралинда. – Нам его Унс успел показать еще до того, как… До гибели своей, короче. Это магия, ее не обманешь. Да, моя маленькая? Мы уже спим, мы носиком сопим, папу слушаем…

Сюсюканье Миралинды, которая в свое время, не моргнув глазом, могла обречь на страшную смерть десятки кочевников, шокировало не меньше, чем вся эта ситуация, равно как и выражение лиц ее подруг.

Я за эти годы разными видел своих соучениц – усталыми, разъяренными, даже испуганными, но умиленными – впервые. Они все еще и губы трубочками вслед за Мирой сложили, даже Эбердин.

Исключение составила только Рози – у нее во взгляде любви к ребятенку не наблюдалось.

Миралинда тем временем достала из напоясного кошеля белый лоскут, в который было завернуто нечто, напоминавшее кукиш, и сунула его в рот Люсиль.

Причем перед этим Эль Гракх несомненно привычным жестом добавил в содержимое кукиша молока из фляжки, висевшей у него на боку.

Ребенок зачмокал, не открывая глаз, остальные девушки одновременно растроганно ахнули.

– Мы не можем ее тащить с собой, – продолжил я. – Как вы себе это представляете?

– Никак, – подтвердил Монброн, вытягивая ноги. – Полностью с тобой согласен. Думай, что делать, ты же отец?

– А давайте ее в Халифаты отправим, – предложил вдруг Фальк.

 – К Агнесс и Эмбер. Там всяко спокойнее, чем здесь, согласитесь? Что? Они за ней приглядят небось, им она тоже не чужая, как-никак дочь Эраста. Кормилицу ей отыщут.

– Ей уже не надо кормилицу, – заметила Миралинда. – Она не грудная.

– Ну тогда горничную, – хмыкнул Карл. – Не знаю я, как правильно надсмотрщик за девчонками называется. Меня лично егеря папеньки воспитывали большей частью. Ну и он сам порол под настроение, чтобы ума в голову вложить.