Принцесса викингов

Когда король франков Эд разбил на Монфоконе войско северян, она бежала и нашла прибежище в одной из пещер близ Ротомагуса. С недавних пор ведьму связывали со Снэфрид странные дела, и старуха стала часто наведываться к ней в ее усадьбу-монастырь на холме.

– У тебя есть то, что мне нужно? – бесцветным голосом спросила женщина, пока ведьма осыпала поцелуями её холеные руки.

– Хо! С самого утра дожидаюсь твоей милости, – зашамкала та беззубым ртом. – Сегодня в селении родился младенец, крепенький такой, ладный. Как раз такой, как и нужен.

Однако достаточно ли у тебя яркого дождя ладоней[9 - Золото.], чтобы купить себе частицу юности?

– Бывало ли так, чтобы я не могла расплатиться, Тюра?

– Тогда я приведу сюда поселянку с ее приплодом когда стемнеет.

И вприпрыжку, как девчонка, колдунья заскакала между колонн в сторону ворот, захихикала, заскрипела, напевая и приплясывая. Люди Снэфрид невольно расступились, давая ей дорогу, некоторые творили за спиной знак, предохраняющий от злых сил, иные крестились.

Они знали, что супруга Ролло порой грешит колдовством, и боялись даже её взгляда, но эта старуха внушала им не меньший страх. Ибо когда она посещала их госпожу, что-то темное и ужасающее происходило в стенах бывшего монастыря.

– Орм, – негромко произнесла Снэфрид, и богатырь тут же оказался рядом. – Проследи, чтобы никто не входил во двор этой ночью. А старую Тюру, когда она явится, проведешь в крипту под башней.

Она вернулась в свои покои. Осенний ветер по-прежнему втекал в открытое окно, колебля изображения сплетенных драконов на коврах.

Казалось, они шевелятся, скалят пасти, извиваются в схватке, впиваясь в хвосты и гребни друг друга.

Снэфрид приблизилась к одному из ларей у стены, где были разложены драгоценности, привезенные Ролло. Какое-то время она глядела на них, и вдруг стремительным движением смела золото на пол и стала топтать ногами в шнурованных башмачках, рыча словно дикий зверь. Если бы Ролло мог видеть её сейчас, он не поверил бы, что это она – всегда ровная, тихая Снэфрид, с её мягкими замедленными движениями и тягучим медовым голосом.

Новый порыв ветра ворвался в окно, стукнул открытым ставнем. Волосы Снэфрид упали на искаженное яростью лицо, когда она наконец в изнеможении, тяжело дыша, рухнула на ложе.

– Ненавижу!.. Ненавижу!.. – глухо рычала женщина, впиваясь зубами в мех. – Да провалится рыжая в Хель[10 - Хель – подземное царство мертвых у древних скандинавов, а так же имя его владычицы-великанши.