Сколько золота в этих холмах

Когда Сэм начинает через некоторое время говорить, она все еще делает это чужим голосом – не вполне мужским, но и не вполне голосом Сэм. – Если Нелли так умна, то она должна знать, что такое верность. Если она так умна, то может и принять наказание.

– Она устала от этого груза. Я тоже устала. А ты – разве нет?

– Ба не отступил бы, сославшись на усталость.

Может быть, в этом и заключалась проблема ба. Может быть, ему следовало бы примириться с тем, что у них есть, перед тем как умереть грязным в своей постели, не имея ни единой чистой рубашки.

Люси прижимает руку к своей горячей голове, слыша гудение в ней. Странные мысли поселялись в пустых пространствах Люси. Иногда ей кажется, что сам ветер нашептывает ей по ночам какие-то идеи.

– Позволим ей отдохнуть немного, – говорит Люси. – В любом случае конец пути уже близок. – Она оглядывает холмы. Ни одной живой души не видели они с тех пор, как повстречали двух мальчишек на пересечении дорог месяц назад. Она должна задать этот вопрос если не ради Нелли, то ради себя самой: – Ведь верно?

Сэм пожимает плечами.

– Сэм?

Еще одно пожатие плечами. На сей раз Люси воспринимает смягчение линии плеч Сэм как сомнение.

– Если мы не остановимся, – говорит Сэм, – то, может, найдем место получше.

«Новое место может быть получше», – говорил ба каждый раз, когда они собирали вещи, чтобы отправиться на новую шахту. Но «лучше» никогда не наступало.

– Ты сама не знаешь, куда идешь, – говорит Люси.

А потом неожиданно начинает смеяться.

Она не смеялась с тех пор, как умер ба. И это не ее натужные «ха-ха» – из нее вырывается нечто саднящее и мучительное. Если Сэм собирается следовать мечте ба о диком месте, то они всю жизнь проведут в пути. Может быть, Сэм именно этого и хочет: чтобы они всю жизнь тащили на себе ба.

– Не валяй дурака, – говорит Люси, сумев перевести дыхание. – Мы уже больше не можем.

– Могли бы, будь ты посильнее.

Это слова ба, и Сэм снова замахивается, чтобы ударить Нелли.

Люси хватает Сэм за руку. Это прикосновение – как шок, запястья Сэм такие тонкие и хрупкие, несмотря на всю ее непримиримость. Сэм выдергивает руку, Люси теряет равновесие, выкидывает вперед руку, чтобы не упасть, и царапает ногтями щеку Сэм.

Сэм отшатывается. Сэм никогда прежде не пасовала – ни перед мальчишками с их камнями, ни перед ба в самом его пьяном виде. Да и с чего бы ей пасовать? Ба никогда не пытался ударить Сэм – он бил только Люси.