Мэрилин Монро. Жизнь в мире мужчин

ХХ века

По одной из озвученных самой Мэрилин версий, ее мать как-то ткнула пальцем в одну их фотографий, сказав: «Вот твой отец». С той поры девочка запомнила лицо человека в шляпе с широкими опущенными полями, «в глазах его притаилась живая улыбка, и у него были тонкие усики, как у Кларка Гейбла». После чего в голове Нормы появился новый пунктик – новое свидетельство того, что наследница семьи самоубийц и сумасшедших пошла по уготованной ей трагической дорожке: сначала Норма Джин заверяла своих легковерных подруг, что ее отцом был Кларк Гейбл, а много позже – в последние месяцы жизни, снимаясь вместе с Гейблом в «Неприкаянных», она снова вытащила свою детскую фантазию на свет.

По словам супруги врача-психиатра кинозвезды, Хилди Гринсон, «Мэрилин иногда позволяла себе думать, что Гейбл и в самом деле был ее отцом».

Впрочем, в тот же трагический год, когда в ее памяти всплыл образ Гейбла-соблазнителя-ее-матери, Мэрилин Монро, заполняя казенные бумаги, в графе «Имя отца» написала просто и сурово: «Неизвестно».

* * *

Что еще пыталась понять девочка о своем отце? Что могла она узнать от своей непутевой матери? Кроме невнятного образа на фото в ее памяти осталась характеристика, данная этому человеку Глэдис: «король кутил». Причем этим загадочным «королем» мог быть едва ли не любой разряженный молодой человек, пришедший в скромную квартиру на бульваре Уилшир, 5454, где жила молодая киномонтажница Глэдис.

Даже будучи обремененной заботой о подрастающей девочке, женщина была не прочь приютить мужчин (некоторые из них, вполне вероятно, могли оказаться коллегами по работе), которые заявлялись к ней, чтобы хорошо провести время, поболтать и выпить пива.

На время этих посещений ребенка либо отправляли играть на улицу, либо укладывали спать. Но иногда, как пишет С. Ренер, «девчушка слонялась по комнате, то позволяя незнакомцам ласкать себя, то уклоняясь от ласк». Возможно, в подобном отношении к ней кроется навязчивая вера в то, что в детстве Мэрилин была изнасилована; но эта параноидальная вера может также быть фантазией человека, всю жизнь живущего на грани помешательства.

Будничная жизнь простого народа. Америка 20 – 30-х гг. ХХ века

Как только девочке исполнилось семь лет, произошло непоправимое, а именно столь серьезное обострение болезни у ее матери, что врачи были бессильны что-либо исправить.