Байконур. Память детства

Самую большую площадь общей квартиры занимал квадратный коридор.

Детей в квартире было четверо: я, два мальчика и девочка. Всех нас объединяло одно – наши отцы были офицерами, а точнее – военными лётчиками.

Вокруг дома росли тополя, казавшиеся мне тогда огромными великанами, и кусты с необыкновенными жёлтыми и белыми цветами. Насажены они были так густо, от души, что сквозь них невозможно было рассмотреть человека. Когда наступала весна и вся эта красота распускалась, запах стоял удивительный: нежный-нежный и сладкий, даже как – будто сам воздух был немного липким.

Красота отцветала, и появлялись ягодки, напоминающие смородину, но мелкие, бледно- зеленые, прозрачные. Ягодки редко доходили до стадии «спелости», мы обрывали их в розовом, красноватом, ну и если повезёт, спело-красном цвете. Конечно, родители категорически запрещали мне прикасаться к этим ягодкам, но я делала это тайком.

Пройдёт время, будут вселяться новые соседи, будут получать отдельное благоустроенное жильё вновь прибывшие на службу молодые лейтенанты, а наша семья будем жить в этом маленьком домике, в уютной комнатке до тех пор, пока я не соберусь идти в школу.

Тёмная комната

Я была маленькой, и мне казалось, что мы живём в огромном Городе без конца и без края. А где-то там, на краю Земли находится станция Тюратам и страшные – престрашные поезда, от которых нам надо прятаться. Особый страх вызывало то, что взрослые, вместе с детьми, очень ответственно и тревожно относились к этим поездам.

Являясь секретным объектом, Ленинск не обозначен ни на одной карте мира. В ночные часы через станцию проходили поезда, и чтобы огней Города не было видно на горизонте, электричество отключали.

Для детей это не было забавным приключением, нет, это было состояние опасности, необъяснимого страха, который сидел в тебе, где-то внутри, горячий и живой. Несмотря на голос мамы, звучащий в темноте, и её уговоры ничего не бояться, так как она рядом и ничего страшного со мной произойти не может, – мне было страшно.

Казалось, свет выключали задолго до прибытия поезда и тянули время, после того, как след его уже давно исчезал в ночной степи.

Мама научила меня раздеваться и одеваться в темноте и, что особенно важно, складывать в темноте свою одежду так, чтобы в случае необходимости быстро, без паники, одеться. Вся одежда раскладывалась на детском стульчике «задом наперед» – внизу свитер, платье, а сверху маечка, чулочки, в определённом месте обувь.