Тайный год. Неизвестный дневник священника

О благодарности Богу, с присовокуплением краткого изложения первоначальных учений).].

68 последних записей (глав)[72 - Соответственно и дней: с 1 августа по 7 октября, когда текст обрывается.] посвящены картинам ада и Суда. Каждый раз автором поначалу овладевает некое беспокойство, маета духа, а то и просто головная боль, он ищет местность, где обычно происходит его встреча с загадочной «созерцательной силой», вводящей его в потусторонний мир.

Можно предположить, что сила эта приходит к нему тогда, когда его сознание очищено от влияния помыслов и молитвенно сосредоточено.

«Спрашиваю себя, – записывает о. Спиридон, – что такое созерцательная сила?» И отвечает:

«Вдохновение? Нет, это не вдохновение. Фантазия? Тоже нет! Творчество? Тоже нет…. Созерцательная сила в высшей степени зависит от чистоты совести: чем чище совесть, тем она сильнее и решительнее проявляет свое действие; кроме того, она не всегда и появляется в человеке… Бывают случаи, когда я чувствую себя находящимся во вдохновении, а созерцательной силы в себе не ощущаю.

Правда, эта сила близка к экстазу, но все-таки она и не экстаз! Вот и сейчас я два часа ожидаю ее в себе, и ее нет. Но вот она появляется, и я всецело нахожусь под ее обаянием»[73 - Запись от 19.09. 1928.].

Время встречи блуждающее: утро, день, вечер, ночь. Иногда все случается после долгих часов ночного бодрствования, иногда сразу после утреннего пробуждения, порой после литургии (литургия, бывало, оканчивается в «четыре часа вечера»[74 - В праздник Рождества Богородицы, 8.

09.1928. Напр. 23.09 ст. ст. литургию он оканчивает служить в 11 часов утра.]). Иногда эта «сила» обозначается им как «возлюбленная спутница»[75 - Запись от 6.10. 1928.], а то и «одигитрия»[76 - С греч. – «путеводительница». Запись от 7.10. 1928.]. В любом случае та поднимает его над будничным миром[77 - «Влечет» (Запись от 6.10. 1928).] и с вышины открывает «страшное зрелище суда Господня над всем сущим».

В день Успения Богородицы и с ее помощью он видит суд, совершающийся не только над землянами, но и над неодушевленными «космическими солнцами, планетами, кометами и метеорами».

«Молитвенное место» («мое любимое место»), где автора настигает озарение, как правило, находится в лесу («по обыкновению, молитвенно стал перед любимым моим деревом»). Однажды последнее оказалось срублено крестьянами, и автору пришлось искать новое место и новое дерево[78 - См.: Запись от 14.09. 1928.].