В логове зверя. Часть 1. За фронтом

Только вечером сосед Александр Факеевич Федотов, вернувшись с работы, заглянул к нам в квартиру и сказал, что рабочие, знавшие меня, тоже слышали моё письмо по радио. Утром и ученики в школе хором заверили: «Да! Слышали письмо Николай Александрыча!» После таких авторитетных подтверждений жена успокоилась, стала ждать непосредственно автора. Вскоре пришёл и денежный аттестат. Материальное положение семьи значительно улучшилось. Да и моральное тоже: быть семьёй без вести пропавшего было не очень-то уютно.

Всё зависело от того, куда и как пропал… «Пропажа» в плен могла означать для семьи большие неприятности.

Побывал в школах. Повидал знакомых. Как заметно они изменились! Постоянные налёты и начинающийся недостаток продовольствия давали себя знать. Люди похудели и как-то померкли.

Заметны и следы бомбардировок. В парке напротив химического техникума зияет большая воронка от взрыва бомбы. Вместо многих, выбитых взрывной волной, стёкол – фанера. Повреждён дом на базаре – едва не попали в железнодорожную станцию.

Одна из бомб угодила в детский садик на восточной стороне города… Сразу же подумалось о Стасике – хорошо, что не в его садик.

Война, словно проявитель в фотографии, быстро обнаруживает скрытое содержание снимка, достаточно окунуть его в проявляющий состав. Вдруг оказалось: некоторые наши знакомые и соседи не очень-то и лояльны к советской власти, не настолько пылко любят её, как казалось до войны. Видимо, считая дни её сочтёнными, они открыто говорят, что ждут прихода немцев.

Чаще всего – раскулаченные во время коллективизации. В Дзержинск приезжают семьи офицеров из захваченных фашистами областей. Их расселяют по квартирам и наша добрая соседка категорически заявила: уж кого – кого, а семью командира Красной Армии в свою квартиру не пустит ни за что. Кое-кто уже грозит своим недругам расправой с помощью немцев. И такое – в глубоком тылу страны, за которую гибнут на фронте жители этого же города – солдаты и командиры той же Красной Армии.

Муся рассказала, что при всей нешуточной опасности вражеских налётов, в бомбоубежище подчас происходили явления, способные выглядеть забавно, если бы не случались под вой моторов и грохот зениток. Прибегали к нему впопыхах с неспех завёрнутыми в узлы и баулы вещами – если, не дай Бог, дом разбомбят, то хоть что-нибудь, да останется. Располагались в убежище кто как сможет. Все. Кроме уважаемой Лидии Васильевны.