Юбилейное Вече

Её младшенькому, Тану, уже почти три зимы и три лета, а она до сих пор пуста. Ей ещё нужен сын или хотя бы дочь. И Смел этого хочет. Он знает: дети Покоры крепче и быстрее других вырастают к охоте. И они красивее.

У Смела есть ещё одна надежда. Большая. Пока тайная. О ней он хочет говорить только с богами. И с Покорой. Смелу на охоте в степи открылась новая жизнь. В степи много опасностей, главная – неизвестность. Но и в лесу их немало. Конечно, в лесу привычней. В нём проще прятаться. В нём растут дуб и сосна – готовый материал для оружия и жилья.

Зимой и холодным летом хорошо греться у костра. Дров достаточно. Лучину можно сделать из берёзы. Она меньше коптит и ярче светит. И лапти есть из чего сплести. Лыка хватает на всех. Всего этого нет в степи. Но там простор… Смел пошевелил могучими плечами, как бы приноравливаясь к раздолью, шири и дали виденной им степи. Хорошо бы объединить всё привычное и хорошее родного леса, освоенной уже реки и надежды на пока неизвестную, но тем притягательную степь. Смел от этой трудной мысли даже вспотел. Но боги поощрили продолжить думу.

Как убедить народ племени? Уйти с насиженного места и двинуться в неизвестность. В надежде на лучшее будущее. Племя небольшое. Но люди в нём разные. Одни сразу поддержат Смела. Как учитель Гром. Другие станут препятствовать. Будут сомневающиеся. Эти самые трудные и опасные. С сомневающимися хлопот много. В сомнении рождается слабость и тёмная, скрытая вражда. Но в сомнении рождается и истина. На что надеяться? На первое или второе? Боги говорят – надо убеждать людей, доказывать свою правду.

Заразить надо их своими надеждами.

Довольный общением с богами, обнадёженный мыслями, рождёнными у алатыря, Смел двинулся к своему поселению. Лес, как всегда, наполнен привычными запахами и обычными шумами. Ничто не нарушает эту дремучую симфонию бытия древлян. Но, пройдя несколько сотен шагов, Смел обострённым жизнью чувством ощутил потребность вернуться к алатырю. Мгновениями позже бесшумно приблизился к молодой поросли дубков, окружающих его поляну.

У валуна-алатыря, жадно вырывая друг у друга самый большой кусок волчьего мяса, бессловесно рыча, борются два здоровенных братка из соседнего племени. Выхватив из-за пояса дубину, Смел бросился на ворогов. Схватка была жестокой и беспощадной…

Отлежавшись без движения довольно долго, Смел с трудом поднялся на колени, разложил жертвенное мясо по прежним местам, оттащил тела подальше от алатыря и, не теряя бдительности, пополз к поселенью.