Как выжить в современной тюрьме. Книга вторая. Пять литров крови. По каплям

– И чем ты, индюк, мне «шленку» восстановишь? Ту, что летчику отдал? А мне с чем на этап идти? Так чем восстановишь?

– Нет у меня ничего.

– Как это? Да ну нахуй! Ну-ка, повернись, покажи жопу. О какая! Кругленькая! А ты говоришь, ничего нет.

– … А там вольготно: чай есть, сахар есть, курево есть, администрация не ебет особенно. Ну так, изредка. И контингент нормальный. Чего еще-то? Нормально.

– … а в карты как без наебки играть? Никак.

– … это сейчас телевизора насмотрелись и давай качаться.

Прям все спортсменами стали. А раньше, раньше нормальному зеку отжиматься или там приседать западло было. Чтобы зек, ну, если он не «козел», спортом занимался – никогда!

– Начнешь отжиматься в БУРе, а «корпусной» тут же и кричит: «Ты, сволочь, кого пиздануть готовишься?»

Серега «Подольский» получил четыре года. Два с хвостом уже отсидел. Вышел по «касатке». История с внедренным агентом, типа в банду. Полгода агент подбивал на дело. Подбил. В результате и сам агент угрелся, и его подбитыши.

Здесь же история «мужественного» подельника, отсидевшего в прошлом восемнадцать лет и сдавшего всех на первом допросе.

Самурай получил восемь лет. История, как он сдуру в сердцах катаной разрубил витрину.

Краб ушел из зала суда, просидев три или четыре года. Игорь «Большой» уходит в мае за отсиженным.

Здесь из-за одного сказанного слова могут раздуть целую историю и довести ее до мордобития. А ошибка в поступке может привести к самым неприятным последствиям.

А если захотят доебаться, доебутся непременно, даже на абсолютно пустом месте. Повод не нужен. Нужен объект и чье-то желание.

Кошке живется лучше, чем многим людям. По камере ходил котенок с ужасно неприятной, злой мордочкой. Все его кошачье обаяние сводилось лишь к молодости. А по-хорошему можно было бы его раздавить, как клопа.

Вспоминая старика Ортмана.

– Дорогая, мы стали богаче еще почти на миллион.

– (в автомобиле с абсолютно пьяной женой) Не обращайте внимания, она обоссалась.

Главное, чтобы кожаную обивку салона не испортила.

– Камрад, мы с тобой попали впополаме. Каждый на семь миллионов дойчмарок.

– Я завалю всю Европу рыбьей кожей.

– Дорогая, сына не люблю, люблю тебя и хочу все свое состояние переписать на тебя. Но от сына надо как-то отвязаться. Помоги мне купить «Мазератти» и покрыть его долг в два миллиона марок. И после я все переписываю на тебя.

Дорогая выполняет его требования.