Записки бездарного режиссера

Начали!» Лидочка протягивает вилку, накалывает… и сосиска не ломается. Ура, получилось!… Но Шурик забыл намазать «горчичку», а Лидочка уже откусила кусок – всё сначала.

– Дайте тазик, – кричит Селезнёва, – мне нужно выплюнуть эту дрянь!

К концу съёмки тазик был полон. Наталье Игоревне досталась малозавидная роль – плевать в него после каждого дубля. Дублей было много, потому что Александр Сергеевич постоянно ошибался. То снова промазывал горчицей мимо сосиски, то о чем-то задумывался и не реагировал на команду «Начали», то не попадал вилкой в сосиску.

Мы смеялись, обсуждали ошибки, Селезнёва вспоминала, что на съёмках фильма она вообще два тазика нажевала. А он словно не присутствовал на площадке, вроде бы все делал, старался, но глаза были абсолютно пустыми и равнодушными. И я все ломал голову, ну что же я не так делаю, почему он так себя ведет, почему уклоняется от расспросов о фильме, почему не поддерживает заданную Селезнёвой положительную тональность съёмки. Даже на фотографии вместе со съёмочной группой он вроде бы случайно закрыл лицо рукой....

Наконец все получилось. Мы совместными усилиями добились почти стопроцентной похожести, но мне не хотелось говорить: «Съёмка окончена. Всем спасибо». Хотелось продолжать общаться, слушать смешные истории Натальи Игоревны, следить за грустным Александром Сергеевичем, чувствовать сзади восхищённые взгляды бывших коллег и приятное посапывание Валерия Валентиновича, словно это он придумал, как выкрутиться из ситуации с вялыми сосисками заказчика.

Ко мне подошла Наталья Игоревна и потрепала волосы:

– Хитрый вы. Ничего, вроде бы, не сделали, не кричали, не психовали, а я как дура сожрала целый мешок дерьмовых сосисок, выложила все тайны, да ещё и ролик сняли достаточно быстро.

Мы погасили свет и пошли смотреть отснятый материал, а актёров отвезли в гостиницу отдыхать, поскольку вечером их ждала традиционная «культурная программа» в виде посещения лучшего ресторана города, а рано утром самолёт в Москву.

Наталья Игоревна вошла в холл ресторана, словно королева, в роскошном платье и бриллиантовом колье, позади нее ссутулившись брёл Александр Сергеевич. Глядя на него, складывалось впечатление, что он даже не переодевался, а после съёмок прямо в костюме лёг на кровать и заснул. Нам выделили самый удобный стол – мы видели всех, нас не видел никто.