Львы Сицилии. Закат империи

– Папа!

Он едва успевает ступить на землю, как две маленькие ручки обхватывают его ноги.

Джулия. Его дочь. Малышка.

Девочка смеется, целует его руку, глядя на него снизу вверх. Щечки ее раскраснелись, резвый ребенок так и пышет здоровьем. Пока они вместе идут к дому, Джулия рассказывает о том, как прошел день, о занятиях с гувернанткой и об играх наперегонки с Пегасом, пуделем, которого ей недавно подарили на ее седьмой день рождения.

Иньяцио слушает и смотрит на ее темные, блестящие, как у Джованны, волосы.

У Джулии мягкие, добрые глаза, но ее жесты уверенны и поступь тверда. Она – Флорио.

Они проходят через комнаты и оказываются в зеленой гостиной. В кресле сидит Винченцино, читает книгу, рядом с ним гувернантка. Джулия идет к дивану, где лежит полураздетая фарфоровая кукла.

Иньяцио подходит к сыну:

– Как ты?

– Хорошо, спасибо. – Мальчик отрывается от книги и смотрит на отца. Глаза у него блестят, но, кажется, температура прошла. Он убирает прядь волос со лба, закрывает книгу.

 – Я ел мясной бульон, как велел доктор, потом занимался. Maman сказала, что мы скоро поедем в Неаполь. Это правда?

– В Неаполь или во Францию. Посмотрим.

Иньяцио смотрит на лицо сына. У Винченцо тонкие черты лица, он обладает живым умом и спокойным характером; ему не дашь десяти лет – он выглядит взрослым. Они, отец и сын, очень похожи. Иньяцио поворачивается к гувернантке, стоящей рядом с мальчиком:

– А моя жена?

– Донна Джованна и синьорино Иньяцидду наверху.

 – Гувернантка поджимает губы, на лице – плохо скрываемое недовольство.

Иньяцио догадывается, что его младший сын, должно быть, снова озорничал.

– Что натворил твой брат на этот раз? – спрашивает Иньяцио у старшего сына.

Винченцо пожимает плечами.

– Он разозлил учителя, потому что не хотел заниматься. Когда мы остались в комнате одни, он взял книги и выбросил их в окно. – Винченцо кусает губы. Он уже жалеет, что все рассказал отцу, воспринимает это как предательство.

Иньяцио кивает. Его старший сын всегда был серьезным и ответственным, а младший – настоящий сорвиголова. При том, что он всего на год младше брата. Пора бы и ему взяться за ум, да где там…

Он выходит из гостиной и поднимается по лестнице, освещенной по бокам двумя большими светильниками, закрепленными на стене. Их выковали на заводе «Оретеа», как и люстру в холле второго этажа. Ему навстречу идет Нанни.