Авантюра «Крым»

Девочка затихла, а бандит разодрал платье, оголив груди, и жадно впился в грудь, прорычал:

– Кто хочет молочка?

Насильник вошел в Елизавету. Все тело пронзила боль, слезы брызнули из ее глаз. Она видела, как бородач поднял на ноги ее отца и вытащил из грудного кармана его пальто колье матери. Отец встретился взглядом с дочерью. Она проговорила, давя в себе горе и обиду:

– Папа, как ты мог?

Он зарычал и бросился на бородача, но тот вонзил ему нож в грудь. Отец упал на пол, залитый кровью. Насильник, сделав свое дело, подошел к бородачу, забрал колье матери.

С улицы раздались выстрелы. Кто – то, проходя мимо хаты, спросил:

– Атаман здесь?

Насильник в тужурке отозвался:

– Петро, я здесь.

Петро, не заходя, отрапортовал:

– По-моему, хлопцы, казачий разъезд обстреляли. Надо уходить. Атаман, не ровен час – белые появятся.

Атаман бросил через плечо взгляд на Елизавету, подмигнул ей:

– Извини, дорогая, дела.

Бросил бородачу:

– Уходим, пожитки не забудьте.

Вышел из избы, за ним последовал насильник жены учителя. Перед уходом он бедной женщине саданул саблей по шее. Бедняга попыталась доползти до своего мертвого малыша, но затихла, так и не дотянувшись до него. Бородач грубо овладел Елизаветой. От него пахло лошадью. Елизавета еле могла дышать.

На улице завязался настоящий бой. Голова у Елизаветы закружилась. Она увидела в дверях красивого мужчину в папахе и черкеске с двумя пистолетами в руках. Она, теряя сознание, выстрелов уже не слышала.

Бородач обмяк и повалился на Елизавету. В последние секунды сознания ей овладел такой сильный стыд перед этим красавцем – спасителем, что ей захотелось провалиться от стыда под землю – и она провалилась.

Глава 6

Яша Жмот и Розалия одновременно дошли до пика плотского наслаждения. Розалия медленно сползла с него, поцеловала его в губы, еще тяжело дыша прошептала:

– Как долго я этого ждала, как здорово.

Восстанавливая дыхание, Яша выдохнул:

– Ты тоже прекрасна, как всегда.

Розалия съязвила, шутя:

– Да ладно, ты уже забыл про меня?

– Розалия, дорогая моя, ты зачем так плохо думаешь обо мне?

Розалия легла на бок, повернулась к нему лицом.

– Мы не виделись три года, идет война и ты хочешь сказать, что все это время думал обо мне?

Он запустил свои пальцы в ей в волосы.

– А почему нет?

Лицо Розалии вдруг стало серьезным. Она умела резко переходить с милости на гнев.