Год колючей проволоки

Кто-то политиканствовать пошел – чем хуже были дела в стране, тем громче произносились речи с трибун. Ну а большинство – в заробитчане подались, кому повезло: документы выправил да язык как-нибудь знает – тот в Европу. Кому не повезло – в Россию.

Потом, кстати, выяснилось, что повезло-то как раз тем, кто в Россию. Хохлы в основном сконцентрировались в торговле да в стройке. Особенно в стройке: в русских городах, особенно в Москве, строили много, требовалось много дешевой рабочей силы.

Чернорабочие – киргизы, таджики, узбеки, а вот квалифицированную работу им уже не доверишь, тупые, как ослы, и языка не понимают. Поэтому в Москве даже классический тип строительной бригады сложился: бригадир – русский, он же с заказчиками договаривается, прораб и мастера по сложным специальностям – хохлы, а чернорабочие – с Кавказа или Средней Азии. Хохлы на этих работах получали достаточно, у хорошего спеца тысячи по две баксов в месяц выходило, это даже для России хорошие деньги, а для Западной Украины – космические. Многие заробитчане, годами в России работая, окацапились – кое-кто туда переехал сразу, а кое-кто, как началось освобождение, – в беженцы подался. Думали – беженцев Европа принимать будет – да только Европе беженцы с Украины и на… были не нужны, вот и побежали в Россию, тем более что в тот год Россия много принимала народу. Пусть на чужбину, пусть в России хохлов по понятным причинам теперь не любили, но это лучше, чем на родине…

Иван Бенюх родился в бывшем нормальном – а теперь захудалом, развалившемся колхозе.

Кто-то оттуда уехал, а кто не уехал – вели натуральное хозяйство и пили горькую. Отец Ивана умер, когда ему было восемь лет – отравился некачественным самогоном, куда добрая душа для крепости добавила толченый димедрол. Мать, издерганная запоями отца, нищетой и горбатым, тяжелым крестьянским бытом, постоянно била и его, и двух его сестер. В школу они ходили, но преподавали им плохо, потому что по-русски преподавать запрещалось, а на украинском преподавать никто не умел, да и дети плохо понимали. Старшая сестра, окончив восемь классов, подалась в Москву, на заработки – понятно, кем. Младшая жила с ними, и выбор у нее был небольшой – либо остаться здесь и выйти замуж за еще одного запойного алкоголика, либо тоже в Москву, на заработки…

Освобождение Иван помнил плохо.