Год колючей проволоки

Морпех смотрел ему прямо в глаза, и рекрут почувствовал, что он говорит без насмешки, совершенно серьезно.

– Нет, парень. Ты не проиграл. Ты победил. Самое главное – ты победил самого себя, победил свой страх. Ты шагнул ему навстречу, и неважно, что было потом. Парни, которые могут это сделать, нужны в морской пехоте, потому что мы – те, кто делает то, что сделать невозможно. Ублюдки в Вашингтоне говорят «невозможно», это одно из любимых ими слов, а мы идем и делаем, вот так вот, сэр.

Помни, что ты сделал сегодня, и всегда делай так же.

С этими словами вербовщик шагнул за дверь…

Примерно через два часа Джим Гатуик ответил на последний идиотский вопрос анкеты и со вздохом положил карандаш.

– Кажется, все, сэр.

– Все? Вот и отлично. Давай сюда.

Морской пехотинец передвинул к себе толстую пачку исписанных листков, достал очки, которые ему совсем не подходили – круглые стекла, желтая оправа, – нацепил на нос, пробежался взглядом по тексту.

– Ты Гатуик? – вдруг спросил он.

– Да… так точно.

Морпех присвистнул:

– Я был знаком с одним парнем, он служил в Кемп Леджун. Его имя Том Гатуик, не твой родственник?

– Это мой отец, сэр.

Морпех снял очки и положил их на стол.

– А не шутишь? И как он поживает?

– Торгует бензином и товарами для рыбалки и охоты, сэр. Все для фермеров.

– Интересно. А пенсию он получает?

– Да, сэр, за Залив. Его тогда признали ограниченно годным, он и ушел.

– Не шутишь, – подвел итог морпех, – давай руку. Сын ганни Гатуика здесь всегда желанный гость. Хочешь служить, как отец?

– Да, сэр, – рекрут поморщился, рукопожатие было сильным. Очень.

Морпех покачал головой:

– Не стоит. И знаешь, почему? Твой отец служил так, как будто у него не одна жизнь, а по крайней мере девять. Его задница была везде, где было жарко, как на адской сковородке. Во время Just Cause[12 - Правое дело, операция по вторжению войск США в Панаму.

1988 год.] он ринулся на штурм полицейского отделения, откуда по нам палили два десятка парней, всего лишь с огневой группой. То, что он взял его и остался цел, – чудо. А вот в Ираке ему не так повезло. Служи так, чтобы оставаться в живых, сейчас в Корпусе мало по-настоящему хороших парней. Все понял?

– Да, сэр.

– Вот и хорошо. Придешь через три дня. Что с собой брать, знаешь.