Грязная бомба

Несмотря на внешне несерьезный вид и молодость, парень имел за плечами Афганистан и Серебряную звезду за действия в составе группы спецназа морской пехоты.

Парень был вторым номером у снайпера и по отзывам (а морские котики всегда наводили справки о тех, кто хотел к ним присоединиться) отличался редкостным хладнокровием. Однажды, когда их обнаружили и накрыли минометным огнем, его первый номер получил ранение, он взял его винтовку, уничтожил преследователей, а потом под огнем вынес первого номера к эвакуационному вертолету.

И даже винтовку смог забрать с собой…

Сам по себе порт в Одессе – очень масштабное и сложное сооружение. После того, как русские аннексировали Крым, сюда ушел спасенный украинский флот, и теперь это был еще и военный порт, совершенно к тому не приспособленный. Были и построенные еще во времена СССР громадные эстакады, короче говоря, возможностей для нелегального проникновения было предостаточно. Но у них не было времени изучить объект как следует и наметить пути проникновения и отхода, поэтому они приняли решение идти морем.

То есть тупо подплыть к кораблю, подняться на борт, осмотреть контейнеры, а потом, по обстановке, валить с борта либо сразу, либо когда он выйдет в море. Опыт и вбитые в учебном центре в Коронадо навыки позволяли сделать и то и другое…

Вода в гавани была грязной и вонючей, город сбрасывал сточные воды прямо в Черное море. Они вошли в воду в том, в чем были, – в гражданской одежде.

У каждого из них на поясе – широкий, водонепроницаемый пояс со всем необходимым, за спиной – небольшой, на двадцать пять литров водонепроницаемый рюкзак…

Ястреб плыл, загребая воду резко, но почти бесшумно, не вынимая рук из воды. На нос он прицепил зажим, чтобы не нахлебаться этой мерзости. Рядом плыл Суслик, по мнению Ястреба, плыл он достойно, почти как он сам. Все-таки ВМФ США держат марку…

Гавань была узкая, совсем не похожая на международные порты типа Сингапура или Шанхая.

Суда черными глыбами стояли у пирсов, на некоторых из них шли погрузочно-разгрузочные работы.

Подплыв настолько, чтобы видеть и город, и порт, Ястреб достал из кармашка монокуляр ночного видения, лег на воду и негромко сказал:

– Мама, подсвети.

Сначала ничего не происходило, потом – толстый лазерный луч, начинавшийся где-то в городе, уперся в борт одного из сухогрузов: виден он был только в монокуляр ночного видения.