Мне сказали прийти одной

 – Эти люди, их мысли отвратительны и опасны».

Я попросила ее не беспокоиться и сказала, что все это случилось в Восточной Германии и никогда не доберется до Франкфурта, но фрау Вейсс покачала головой. «Нет-нет, ты не понимаешь, – сказала она. – Если бы немцы чему-то научились, то того, что случилось в Хойерсверде, вообще бы не было».

Год спустя, в ноябре 1992-го, все аргументы моих родителей пошли прахом: члены правой банды подожгли два дома, где жили семьи из Турции, в городе Мельн, в Западной Германии. Погибла пожилая женщина и две девочки, семь человек получили ранения.

Напавшие сами позвонили в пожарную команду и сообщили о своем нападении, закончив звонок словами «Хайль Гитлер!».

Больше всего об этом ужасном нападении говорили евреи. Тогда как немецкие политики предпочли отойти в сторону, глава центрального совета евреев Германии Игнац Бубис и его заместитель Мишель Фридман отдали дань памяти жертвам и их семьям.

29 мая 1993 года сгорел дом еще одного турецкого рабочего Дурмуса Генка.

Это произошло в городе Золинген, расположенном на территории Западной Германии. Погибли две дочери и две внучки Генка, от четырех до двадцати семи лет, а также их гостья из Турции двадцати одного года. И снова члены еврейских организаций говорили громче всех.

Тем летом мы с родителями поехали на каникулах в Марокко. К тому времени детей в нашей семье было уже четверо: в 1986 году родился брат Хишам. Мы летели на самолете до Касабланки, потом ехали на машине до Мекнеса и провели три или четыре недели в доме бабушки, постоянно встречаясь с родными и друзьями.

Сводная сестра моего отца Захра тоже жила в Мекнесе, примерно в десяти минутах ходьбы от дома бабушки. Она была замужем, у нее было семеро детей, и однажды мы с Ханнан отправились к ним в гости. К одному из сыновей Захры, которому было около девятнадцати лет, пришли друзья. Все они смотрели телевизор.

Я увидела горную местность и машины, в которых сидели бородатые мужчины с оружием. Они повторяли фразу «Аллах акбар», что означает «Господь велик».

На экране показали рыдающих и вопящих женщин. Диктор сказал, что этих женщин изнасиловали, а их семьи погибли от рук сербов. Мой двоюродный брат и его друзья выглядели разозленными. В следующем кадре показали длиннобородых мужчин, стоявших позади двух мужчин, опустившихся на колени. Один из бородатых произнес фразу на языке, который я не понимала. Другой голос, принадлежащий, очевидно, человеку, держащему камеру, сказал: «Аллах акбар».