Инженер. «Крылья» для цесаревича

 – Ты работаешь, но почти ничего не тратишь на себя! У тебя даже дома тут нет.

– Жалко тебе комнаты, что я в твоей резиденции занимаю? Ладно, шучу. Действительно, хибарка не помешает. И, кстати, не только тут. То, что Горный Старец из гаража является, это непорядок.

– Сколько?

– Миллионов шесть хватит. Наших рублей, естественно.

– Тьфу ты, а я уж хотел испугаться. Приобретай, не вопрос.

Глава 8

– Нет, иногда я тебя просто отказываюсь понимать! – Гоша был возмущен. – Нашелся великолепный изобретатель, за несколько лет до Даймлера построивший бензиновый двигатель, вплотную подошедший к созданию дирижабля и подводной лодки, а ты? Что ты пишешь ему? «На каких условиях вы в этом году можете поставить двести пудов арборита».

И это при том, что у нас на проектировании самолетов сидят студенты! В чем дело?

– Вот в этом, – я показал ему несколько листов с текстом и рисунками. – Именно в письме от господина Костовича, про которое ты с таким энтузиазмом мечешь икру. Можешь вкратце, одной-двумя фразами, изложить его содержание?

– Если вкратце – нам предлагают принять участие в постройке дирижабля с уникальными данными, и я не…

– Стоп.

Найди мне в письме слова «принять участие». Нету их там. А есть предложение – «Дайте мне сто тысяч, и я вам построю дирижабль».

– Сто двадцать, – уточнил Гоша.

– Тем более. И хрен бы с этими тысячами, но ведь это еще не все! Все патенты, полученные в процессе работы, будут его собственностью – а вот на это я не согласен никак.

И не только я, это общепринято, если изобретателю даются деньги на реализацию проекта, то финансирующий входит в долю! И часто она больше половины. Гоша, слово «концерн» означает контролируемость всех работ, ведущихся под его эгидой. И кстати. Один-то дирижабль он уже начинал строить. Не напомнишь, чем это завершилось?

– По неизвестным мне причинам работы были остановлены.

– Деньги кончились. А их, между прочим, было выделено двести тысяч. То есть не верю я, что запрошенной суммы ему хватит.

И предложенный им вариант сотрудничества для нас неприемлем. А вот авиационную фанеру с его заводика, которую он называет «арборит», мы как раз готовы покупать.

– Значит, ты настаиваешь…

– Именно. Нам нужна его фанера. Нам очень нужны толковые инженеры, и, соберись он работать у нас, за окладом дело не станет. Если наемный труд его не прельщает, мы готовы с ним сотрудничать на условиях: деньги наши, патенты наши, его доля тридцать процентов.