Мне больше не стыдно быть собой

Так, или я ошибаюсь? Ты в любой момент можешь прекратить, а я верну тебе деньги, – тем же спокойным тоном продолжала Маша.

Мой внутренний Халк уже было собрался вылезти наружу и избавить меня от угрозы. Но осознав, что это не выход, я спрятала своего «зеленого спасителя» и ответила:

– Я лежала в психушке в пятнадцать лет. И мне до сих пор больно об этом вспоминать. Психология, регрессивный гипноз, методы нью-эйдж[2 - Нью-эйдж (англ. New Age, буквально «новая эра»), религии «нового века» – общее название совокупности различных мистических течений и движений, в основном оккультного, эзотерического и синкретического характера (из «Википедии»).

] – ничего из этого не помогло пережить травму.

– Диагноз?

– Шизофрения.

– Переживать и проживать свои травмы – разные вещи. Исцелить травму можно, только прожив ее на эмоциональном и физическом уровне. Тогда и случится «смерть». Поэтому я и даю вам методы триггерной (провокативной) психологии[3 - Провокативная психотерапия – это направление, которое ориентировано на быстрое достижение результатов.

Основываясь на принципах когнитивно-поведенческой терапии (КПТ), она направлена на то, чтобы вызвать у клиента сильные эмоции и привести к резким изменениям в мышлении и поведении (источник – https://dzen.ru/a/ZauMArbeNEMYAecc (https://dzen.ru/a/ZauMArbeNEMYAecc)).] – другие, на мой взгляд, не работают. Хотя людям с ранимой психикой они могут не подойти. Такие провокационные техники обязательно нужно проходить с наставником. Важно и то, что только ты сможешь себе помочь в этом исцелении. Потому что в погружение вы идете сами, хотя и под моим руководством. Ты скоро все поймешь на практике.

У меня плохо получалось представить то, о чем говорит Мария.

– Скажи, а кто тебя туда определил, в психушку? – тем временем спросила она.

– Родители.

– Поверь, инициатор всегда один. Кто это был? – Маша провоцировала, помогая вытащить то, что болело во мне много лет.

– Мама. Хотя точно не знаю, мы не говорили об этом. Я же их давно простила, что им еще оставалось.

У меня замечательные родители! – сопротивлялась я. Но почему-то сказанное тотчас отозвалось болью в груди.

– Света, ты не простила родителей! Иди в эту боль прямо сейчас. Я на связи. Давай, ты справишься, – поддержала Мария.

И вот я снова в роли Элизы на крапивном поле. Как и она, я понимала, что «спицы» бросать нельзя. Мне жизненно необходимо связать свое пальто. Элиза же спасла своих братьев. И я смогу вспомнить, кто я есть.

Вдох.