Кронштадтский дневник

20 августа 41

За эти дни наши войска оставили Кингисепп и война, вернее, фронт приблизился к Ленинграду и Кронштадту совсем близко.

Вчера, между 16.00 и 17.00 часами, немцы бросали бомбы в районе Петергофа и Ораниенбаума. 17 августа провожал эвакуационный эшелон из Кронштадта с детишками, которых с 6.00 утра до 22.00 часов мурыжили перед отправкой поезда.

18 августа был в Ленинграде, мама выглядит бодро и по-моему чувствует себя хорошо.

Есть у нас в армии сволочи руководители, которые предают интересы народа, даже комиссары.

А ведь есть такие, которые на собрании громили всех за малейшее непонимание вопроса, за неточно заданный вопрос, а в результате сами сделались трусливыми предателями родины. В старых книгах много уделялось внимания патриотизму: «Князь Серебряный» Толстого, «Юлий Милославский» Загоскина и ряд других показывали истинных русских патриотов. Многих патриотов мы потеряли в нашем народе.

Неужели на долю нашего поколения выпало осрамить нашу Россию и войти в историю как говнюки?

22 августа 41

Сегодня немцы не прилетали.

Жизнь стала хреновая. Начали учебные винтовки переделывать на боевые, но что обидно: кто их сделал так учебными, что их невозможно переделать в боевые.

Писем от Любы уже несколько дней не получаю.

23 августа 41

Сам я неразворотливый человек, видел много неразворотливых, но таких, как наш комиссар сейчас, еще не приходилось встречать. Поневоле вспоминаешь Ноздрина.

25 августа 41

Сегодня немцы не прилетали.

Говорят, что-то случилось в Ираке или в Иране, как будто наши войска совместно с английскими заняли его, сам сообщение по радио не слышал.

Кораблей у стенки немного, значит дело в море идет неплохо.

На фронте нет изменений уже четыре дня, идут упорные бои. Скорее бы все пошло в лучшую сторону, прямо стыдно за нас самих, за Россию обидно, будут говорить: «Да, были люди в наше время».

Тяжелый момент переживаем.

От Любы получил письмо плохое, хочет обратно.

31 августа 41

За это время немцы прилетели один раз. Но, по всей вероятности, их встретили наши летчики: была объявлена воздушная тревога, были слышны в пасмурном небе самолеты, а стрельбы не было с наших зениток.

Дела у нас плохие: два дня назад оставили Таллин, принимаем оттуда личный состав и прочее. Флот перешел к нам. В официальных сводках об оставлении Таллина не говорится. Но нам сообщили приехавшие оттуда.