Жернова судьбы

Девушка только собралась ответить, как заливисто рассмеялась Палаша, глядя на Савку, который напялил рубаху наничку и сейчас пытался вывернуть её не снимая.

– Савва! – с укоризной сказал парень. – Прекрати!

– Так вот, – губы Пульхерии против воли складывались в улыбку, Ванька, глядя на неё, тоже улыбнулся, – мне надобно журнал, в котором напечатана «Бедная Лиза» Николая Карамзина. Можешь ли найти нужный номер?

– Конечно, барыня, – с поклоном ответил Ванька. – Это «Московский журнал» за 1792 год, он должен быть в библиотеке.

– Принеси, я подожду.

Ванька умчался выполнять поручение, сделав перед этим ученику большие глаза, тот понял, обмахнул рукавом стул, на котором сидел, и поклонился девушке:

– Не угодно ли присесть, матушка!

Пульхерия уселась, чинно сложив руки на коленях, Палаша стала рядом с ней, по-прежнему хихикая и постреливая глазами на Савку, который ёжился в рубахе наизнанку.

– Да переоденься, Савва, что ты извёлся весь! – засмеялась девушка. – Я глаза закрою!

Она зажмурилась, и мальчишка шементом привёл себя в порядок, ещё больше насмешив горничную.

– Пожалуйте, Пульхерия Ивановна! – Ванька с поклоном подал ей журнал.

Она взяла, полистала:

– Сам читал ли?

– Сочинения господина Карамзина весьма поучительны, потому прочёл, Пульхерия Ивановна.

– И как, понравилось тебе?

– По моему скудному разумению, повесть премногое может рассказать о тайнах сердечных.

– Я же спросила, не о чём она может поведать, а понравилось ли тебе, Ваня?

– Весьма.

– Попробуй! – улыбнулась она.

– Не читайте на ночь, можете взволновать себя не ко времени и не уснёте потом…

– Хорошо, я прислушаюсь к твоим словам. Покойной ночи!

– И вам покойной ночи, Пульхерия Ивановна! – поклонился Ванька.

Молодая барыня ушла, за ней поспешила Палаша, напоследок опять стрельнув хитрым взором в Савку.

– Ох и перетрусил я! – облегчённо вздохнул отрок. – Помстилось вдруг, что это барин пришёл, спиной-то не вижу! А это барыня наша!

– Это барыня наша… – тихо повторил Ванька.

На следующий день к вечеру, но пораньше, Пульхерия Ивановна вновь пришла и попросила «Письма русского путешественника». Отдавая «Московский журнал», она сказала:

– Особенно мне понравилось написанное на странице 28. Посмотри, я там карандашом отчеркнула. Скажешь потом своё мнение, не забудь.