Преодолеть можно всё

Удушающая темнота стремительно загустела, перекрывая доступ последним, жалким остаткам кислорода, и я, задыхаясь, понеслась куда-то, закручиваясь дикой спиралью в сумасшедшем вихре. Словно чёрная бездонная труба всасывала меня в себя, крутила, вертела на ходу, как щепку, брошенную в водоворот, как машину, потерявшую тормоза на скользком склоне.

Я почувствовала, как остатки сознания покидают меня, и, собрав в кулак все силы, даже те, которых у меня уже кажется не было, сползла с кровати. Тяжело ударяясь о стены, мебель, обо всё, что попадалось на пути, я добрела до веранды, распахнула дверь на улицу, мечтая о глотке бесценного свежего воздуха и – упала.

Упала навзничь.

Я ещё понимала, что падаю. Падаю на спину. Рука ещё судорожно хватала воздух, пытаясь уцепиться хоть за что – нибудь, а сознание уже уходило в небытие. Ни звука падения собственного тела не ощутила бездыханная женщина, в которую я превратилась во время этого стремительного падения, ни удара его об пол не услышала.

Стены дома, окно и потолок исчезли.

Ничего не было вокруг, только чёрное бездонное пространство, которое не имело ни начала, ни конца.

И вдруг я увидела внизу своё тело. Неживое, похожее на пластмассовую куклу, оно лежало на полу и не вызывало никаких эмоций.

Странно, но я видела себя и вверху. И даже больше! Именно вверху и была я сама! Собственной персоной! Я точно это знала!

А то, что валялось на полу, неловко подогнув одну ногу и запрокинув руку за голову, никак не могло быть мною! Никак! Оно было неживое!

Но это было моё тело! В моей собственной ночной сорочке!

Вверху же – какой-то сгусток плотного тумана, тёмно-серый, обведенный ярко-оранжевой каймой! Сгусток был похож на восьмёрку или на эллипс с талией, но никак не на меня! И всё-таки я твёрдо была уверена, что я именно вверху и именно оттуда смотрю на своё тело, как на сброшенную впопыхах одежду!

Сколько времени ушло на созерцание – неизвестно.

Отсутствовали не только стены. Чёрное безмолвие, окружавшее меня, не нуждалось во времени. Оно было вне времени и пространства.

Внезапно чужой, механический, лишённый каких-либо эмоций голос медленно, чётко разделяя каждое слово, произнёс:

– Тело. Молодое. Красивое. Жалко.

Это не мой голос!.. Или… мой?!

Как?! Откуда это прозвучало?!

Картина резко изменилась. Исчезло всё. Остался только мрак. Чёрный. Непроницаемый мрак. И в нём я вдруг увидела взрыв. Такой, какой много раз видела в фильмах о войне.