Лучшие годы жизни. Под сводами высокой лжи

– Папочка пристроил? – Юрий вдруг угас и вяло махнул рукой. – Да мне-то что? МИД, свадьба… Ты два месяца назад счастье обрела, а я потерял единственного близкого мне человека. Папа умер. У меня больше никого нет.

– Ой! Прости… Как же так? Неужели Николай Петрович…

– Перед самым Новым Годом. Славный праздничек получился… Да что там… Этого не понять. Я и сам ничего не понимаю, всегда считал себя стойким, крепким, всезнающим, а оказался слабаком сопливым. Ничего-то мои кулаки не стоят в действительности.

Что мне от них пользы?.. Подумаешь, разбитый нос твоего Олега, – Юрий замолчал, его глаза затуманились. – Знаешь, мы ведь с тобой на самом деле люди-то чужие, в детстве резвились на даче вместе да в компании разок гуляли… Я не могу признаться никому из друзей, а тебе скажу. Тебе – постороннему человеку. Грош мне цена! Не удержусь теперь я, когда батя ушёл. Плохо мне. Тошно. Ничего не могу поделать. Сдохнуть хочется. Оглядываюсь и ничего не понимаю вокруг. Как же так? Что это за жизнь такая? Ради чего? Был бы пистолет…

– Что ты говоришь такое? Я не верю тебе, – взволнованно заговорила она, положив руку ему на губы.

 – Нельзя так думать.

– Разве?

– Ты же сильный. Надо держаться.

– Это пустые слова. Ты сможешь ли удержаться, когда под тобой всё рухнет разом? Все этажи, сколько бы их ни было внизу! Откуда тебе знать? У тебя всё хорошо, муж вон появился, высокий, блондинистый, в МИДе пристроился… У меня тоже всё было так… надёжно. Но теперь… Во что верить, когда само качество и смысл жизни меняются, а то и вовсе исчезают?

– Это не так, Юрочка, жизнь остаётся жизнью, – Таня прильнула к нему в порыве сочувствия.

– Вот, вот, Танюша. Жизнь остаётся жизнью. Таким же бессмысленным существованием, каким была прежде. Я согласен, что ничто не изменилось. Просто на одного-двух или на сотню человек вдруг сделалось меньше. И нигде не остались звучать их живые слова, нигде не сияют их живые улыбки. Только красивые безжизненные фотографии.

– Нет, нет и нет! Всё займёт свои места, жизнь возьмёт своё.

– Возьмёт? Да, да, возьмёт и уложит в ящик… О чём ты говоришь, Танечка?

– У тебя появится женщина, милая, хорошая, страстная, и она вселит в тебя уверенность. Я точно это знаю! – воскликнула Таня с жаром.

– Женщина? Какая женщина?.. Да ведь и ты женщина, Таня! Помоги мне! Хочешь помочь мне? Я гибну. Никаких сил не осталось. Даже не предполагал, что могу так раскиснуть. Плакать хочу.