Перелистывая память

После высыхания клеем нарисовала крупные звезды и засыпала их «Снежком»! Раньше продавались такие пакетики с толченым стеклом или, не знаю чем, но было похоже на сверкающий сахар и называлось «Снежок». На голову сделала из ватмана ободок с огромным месяцем, тоже засыпанным снежком. Инна была в восторге!

Еще мы, типа Тимуровцев, ходили к каким – то старикам домой. Я лично, ходила один раз. Чем мы там помогли, не помню. Помню, что пили чай.

Вот об этом мне приятно вспомнить!

Когда были встречи с одноклассниками в школе, я была рада всех видеть, но никакой тоски по школе не испытывала.

Эх, дороги!

Это я вспомнила случай из учёбы в торговом училище.

Раньше любили проводить конкурсы политической песни. И в школе мы классами разучивали такие песни и потом, «огалочивали» их перед комиссией.

И вот, сегодня после уроков нужно спеть хором всей группой, какую – то песню. Ирина, с которой мы потом вместе работали в ЦУМе в секции «Обувь» была у нас старостой группы. Надо сказать, 1 сентября наша куратор сразу спросила, кого выберем старостой.

Все молчат. Никто ещё и не знаком друг с другом. Ира сказала: давайте я буду! Да и ради Бога!

И вот она раздала нам тексты песни «Эх, дороги!» Все шумят, ничего никому не надо. Не помню даже, репетировали мы или нет. Вошли своей группой в актовый зал. Перед нами стол, состоящий из несколько сдвинутых столов и накрытый красной скатертью. Сидит комиссия из 6-7 человек во главе с директором училища. Мы сказали аккомпаниатору, что будем петь.

Он взмахнул головой, и мы начали петь: «Эх, дороги! Пыль да туман…» Мы, близстоящие к инструменту и увидевшие взмах головой! А другие не увидели! И вздохнули: «Эх, дороги», когда мы уже пели – про туман! Но самое нелепое, что нашлись третьи, которые выдохнули про дороги, когда вторые уже пели про туман…

И тут мы бросили петь и заржали, как кони! Мы ржали минут 5. На нас шикнули члены комиссии. И мы затихли и собрались уже начать снова. Но тут одна смешная полненькая девочка очень смешно чихнула.

Она всегда так чихала, и мы всегда смеялись над ней. Она очень тихо, как – бы говорила: «Псссь!» Но тут, в такой напряжённой обстановке, так не вовремя… Мы от хохота только что на пол не повалились! Я лично, стояла, согнувшись на 90 градусов, и икала от смеха, как небезызвестная в то время, Авдотья Никитична. На нас орали, а мы не могли угомониться! Пока директор со всей силы не ударил ладонью по столу, не рявкнул на нас, мы не заткнулись.