Остров Творцов

Зверек был явно благодарен – все-таки спать он больше любил в комфортных условиях.

Не успел Бран лечь в постель, как сразу же уснул. Поначалу ему не снились сны, но, как только луна за окном скрылась в темноте набежавших облаков, он увидел себя входящим в какой-то древний город, заполненный людьми, торговцами в большинстве своем. Мимо протрусил груженный мешками ослик, за ним следом пробежал босоногий мальчик в хитоне, крича что-то непонятное. С каждым шагом менялись декорации, но не люди. Все они смотрели на Бранимира и словно ждали от него чего-то, каких-то слов, и он им эти слова говорил, но не узнавал ни своего голоса, ни языка.

Вдруг всё исчезло, и он оказался в пещере, где на каменном алтаре стояли песочные часы. Песок застыл, и песчинки не отсчитывали минут. Спустя некоторое время у алтаря снова появилась та же женщина, сотканная из тумана.

– Кто вы? – тихо спросил Князев, по-прежнему не узнавая своего голоса.

– …Друг, – ответила она.

– Что это за место?

– Пещера Творца… твоя пещера.

– Моя?

Туманный силуэт кивнул.

– А почему время остановилось? – Он указал пальцем на часы.

– Просто оно еще не пришло.

– Что будет, когда придет? – Увидишь. Тебе страшно?

– Признаться, есть немного, – кивнул Бран и натянуто улыбнулся. – Все испытывают страх в тот миг, когда могут изменить свою судьбу, – прошептала женщина, подходя ближе. – Не бойся. Ты нужен там, где ты сейчас. Происходит лишь то, что должно происходить. Всё начнется вовремя и закончится, когда придет срок.

– Чьи это слова?

– Твои, – женщина коснулась лица Брана. – Еще ты просил передать тебе слова.

– Чьи?

– Не знаю, – мотнула она головой. – Друга, возможно. Вот они: ответы придут очень скоро, ненужные вопросы отпадут сами собой.

Но прежде ты должен увидеть того, кого звать. – Женщина положила правую руку ему на грудь.

– Я тебя не понимаю… – Бран сделал шаг назад. – Что здесь происходит?

– Зови того, чьи глаза смотрят на тебя из толпы. Только он сможет помочь, когда время снова обретет ход.

Дальше снова всё исчезло, и Бран уже был на площади, заполненной людьми, и руки его были крепко привязаны к столбу, как и он сам. Толпа скандировала что-то, люди смотрели на него с нескрываемой ненавистью. А потом острые и злые языки пламени стали подниматься всё выше, сжигая одежду. И лишь один человек, одетый во всё черное, не отрываясь смотрел на помост, охваченный пламенем. Бран никогда не видел таких изумрудных глаз.