Кадеты и юнкера в Белой борьбе и на чужбине

переведен в Школу прапорщиков флота. Старший гардемарин во 2-м Балтийском экипаже. В Добровольческой армии; c ноября 1917 г. в Юнкерском батальоне. Ранен в Ростове. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода. Мичман. В эмиграции в США и Франции. Умер 22 января 1969 г. в Шелль (Франция).] в Ростове, Юрасовский[59 - Юрасовский Дионисий Константинович. Морской корпус (общие классы – 7 марта 1918 г.). В белых войсках Северного фронта; на Мурманском фронте. Тяжело ранен. Георгиевский кавалер. Мичман (1920).

В эмиграции в Бельгии. Умер 24 апреля 1962 г. в Брюсселе.] ранен тяжело на Северном фронте.

Конечно, это только часть той зеленой молодежи – воспитанников Морского корпуса, училища и ОГК, заплатившей большую дань своей кровью и на Дону, и на Юге России, и в холодных волнах, и в глубоких снегах, и в густых лесах севера России и далекой Сибири.

Блаженные чистые сердцем, а вся эта пылкая молодежь, конечно, была чиста сердцем и самоотверженно последовала его зову.

Оставшиеся в живых могли и могут гордиться принесенными ими жертвами и совершенными подвигами в страшные годы Русского лихолетья, а погибшим – Слава и Вечная Память.

Одесский кадетский корпус в период «лихолетья» 1917–1920 годов[60 - Впервые опубликовано: Одесский Великого князя Константина Константиновича кадетский корпус, 1899–1924. Нью-Йорк, 1974. Эта памятка была составлена на основании воспоминаний отдельных кадет корпуса.]

Революционный государственный хаос сказался и на нормальном течении жизни корпуса, превратив ее из оседлой в кочевую.

Два раза корпус был «временно» эвакуирован из Одессы: первый раз – в начале осени 1917 года в город Ростов-на-Дону, а во второй раз в начале весны 1919 года в город Туапсе.

Третья, и последняя, эвакуация – в январе 1920 года – была уже «заграничной», когда меньшая часть корпуса выехала через Одесский порт, а большая выступила походным порядком к румынской границе.

Старшие кадеты, из выступивших походным порядком, с боями пробились через Румынию в Югославию.

Младшие же роты, сначала принятые румынами на их территорию, но затем, варварски изгнанные, принуждены были вернуться обратно, в уже занятую большевиками Одессу.

С началом добровольческого движения, совпавшего с пребыванием корпуса в Ростове-на-Дону, строевая рота, почти в полном составе, влилась в формируемые генералами Алексеевым и Корниловым добровольческие части.