Пламя в парусах. Книга первая

Но то ли он приврал, то ли местность знал скверно, то ли сам по себе дураком был, однако же никакого лагеря там, где марал карту кровавый отпечаток пальца, не оказалось. Ни следов, ни залы от кострища, ни примятых кустиков и зарубок на камнях. Хотя в этой-то местности и армию можно было утаить без особых усилий, чему уж тут удивляться? До самого полудня охотники и следопыты шастали тут и там, выискивая и вынюхивая, пока молчаливый хааной не учуял вдруг нечто, только ему одному и ведомое. Он указал на скальный гребень в четверти мили севернее, и стоило им только к нему подступится, как самый глазастый из охотников углядел наконец-то первого врага.

Надо признать, отряд из них вышел что надо: тотчас же все рассыпались по округе и затаились, как по команде; хотя никакой команды и не было. Даже Ричард проникся общим настроем – без промедления припал он к валуну, взяв арбалет наизготовку. Только вот эти меры оказались напрасны. Обнаруженный ими дезертир без сомнения выступал часовым, но часовым в наивысшей мере беспечным.

Энилин была осторожна. Она до последнего подозревала, что одинокий дезертир – лишь подсадная утка, а поблизости тихарится ещё целая клятая прорва недругов. Однако ж разбредшиеся по округе охотники – те, кого она самолично научила многому, – ничего подозрительного не нашли. Даже хааной лишь спокойно указывал на скальный гребень. По-видимому, и впрямь не было больше никого окрест.

У горе-часового при себе, помимо прочего, обнаружился скудный паёк и рожок скверной работы, которым ему, очевидно, и следовало подать сигнал, если что не так. Значит, и дружки его должны быть неподалёку; не далее, чем слышен звук рожка. Хааной по-прежнему упрямо указывал на гребень, и когда первые разведчики ступили на него, им открылось, что неприятельский лагерь куда как ближе, чем они могли бы надеяться.

Он расположился буквально у них под пятой.

Этот скальный выступ, – живи здесь кто, и наверняка дал бы ему некое красочное название, – оказалось, нависал над обширной логовиной, в которой обживались люди. Хотя мало кто дезертиров, промышляющих разбоем, посчитал бы за людей. Следовало признать, место стоянки они выбрали на редкость удачное. Просто так его не отыщешь, случайно не наткнёшься. Однако же, наперекор этому, дисциплинка у здешних лиходеев хворала на обе ноги.