Последние бои Вооруженных Сил юга России

Снаряд задел наш паровоз, перебив какую-то трубку, из которой с шипением начал пробиваться пар.

С нашего паровоза был дан сигнал тревоги гудками. Все мы, во главе с капитаном Гудковым[4 - Гудков Владимир Федорович, р. 13 января 1896 г. Из дворян, сын офицера. 1-й Сибирский кадетский корпус (1915), Сергиевское артиллерийское училище (1915). Поручик 1-й Финляндской стрелковой артиллерийской бригады. В Добровольческой армии и ВСЮР; осенью 1919 г. на бронепоезде «Генерал Дроздовский»; в Русской Армии в бронепоездных частях до эвакуации Крыма.

На 30 декабря 1920 г. во 2-й батарее 6-го артиллерийского дивизиона. Капитан. Умер 12 марта 1921 г. в Галлиполи.], вскочили на площадки и стали уходить со станции задним ходом. В это время «Могучий» двинулся за нами, продолжая стрелять. Отвечать ему мы не могли, так как наше первое направленное на него орудие вышло из строя. Всем стало ясно, что «Могучий» ночью был захвачен красными, которые, вероятно, пытками добились от команды сведений о предстоявшей им с нами встрече в Невинномысской.

Капитан Гудков взобрался на крышу «командирской» площадки и начал следить за поворотом пути. На наше счастье, перед станцией, то есть на том месте, к которому мы отходили, железнодорожный путь делал крутой поворот. Как только наш бронепоезд вышел на поворот и помощник командира увидел, что теперь можно открыть огонь по «Могучему» из нашего второго орудия, он приказал остановить бронепоезд, быстро перешел на вторую орудийно-пулеметную площадку и приказал открыть огонь.

Этот маневр заставил «Могучего» остановиться. После нескольких выстрелов мы заметили, что было попадание в паровоз, так как из него пошел пар.

Мы этим удовлетворились и, воспользовавшись замешательством на «Могучем», стали быстро отходить к «Армавиру», дав предварительно приказ всем составам, которые наш бронепоезд сопровождал, тоже идти обратно. Движение шло очень медленно из-за того, что поездам пришлось идти задним ходом. Выходя на прямую дорогу, мы снова ставили себя под удар «Могучего».

Но к счастью, бронепоезд за нами не двинулся ввиду, по-видимому, повреждений в его паровозе.

С грустью мы вернулись, наконец, в Армавир, где к тому времени в темноте среди железнодорожников началась паника, когда они увидели возвращающиеся задним ходом составы товарных и одного пассажирского поездов, а также и наш бронепоезд, на котором были раненые. После долгих маневров удалось, наконец, распределить составы по запасным путям.