Вооруженные силы на Юге России

Когда мы проезжали мимо эшелонов матросов, отправляемых на фронт, слышны были пьяные крики, выстрелы, залихватски играли на гармошках «Яблочко». «Ну, – думаю, – пока что все идет хорошо. Нужно только держать язык за зубами». Мои спутники пытаются завязать со мной разговор, но я притворяюсь спящим. Поезд мчится без остановки. К утру поезд замедлил ход, мои спутники зашевелились и начали прыгать с поезда. Говорят мне:

– Подъезжаем к станции Мерефа, 18 верст от Харькова, там заставы, Чека, всех задерживают.

Прыгай!

Я последовал их примеру и скрылся в густой траве, не желая продолжать с ними дальнейший путь. Обходя мосты, населенные места, пришел в Харьков под вечер. Добрался до вокзала, поел у лотков и пошел искать место для ночлега. Все пути были забиты составами бегущих большевиков. Найдя полуразбитый вагон в тупике, я влез в него и прекрасно выспался.

На другой день в условное время и место подошел к человеку, державшему в руке газету «Правда», который ежеминутно смотрел на часы.

Я спросил его, который час, он сказал: «Ровно двенадцать». Я спросил его, могу ли я посмотреть его газету на несколько минут. На газете была сделана пометка – условный знак. Я отошел в сторону, будто читая газету, и, вложив в нее привезенное важное и секретное сообщение, вернул газету, поблагодарил, и мы разошлись в разные стороны. А документ этот на вид был совершенно безобиден: письмо к какой-то Марии Ивановне от ее подруги, сообщающее ей массу семейных новостей: у кого родились дети, когда, какие, их имена, кто куда из знакомых уехал и т.  д. Письмо было зашифровано, и без ключа невозможно было понять, что в нем заключалось.

Согласно инструкции теперь я был свободен собирать сведения, которые могли быть полезны Добровольческой армии. В течение нескольких дней я обошел весь город вдоль и поперек, выяснил местоположение всевозможных советских учреждений. По городу были развешаны огромные плакаты. Троцкий призывал укреплять и защищать до последней капли крови «Красный Верден Харьков».

Из газет я узнал, что учрежден Штаб Обороны и что организуется «Позиционное Строительство» и все специалисты призываются явиться в Штаб. Это дало мне идею.

Я отправился в Штаб Обороны, который помещался в здании Губисполкома. Впускают только по пропускам, опрашивают каждого посетителя, стоит очередь, главным образом, родственники справляются о судьбе арестованных.