Преподобный Серофим Саровский чудотворец

Он помнил родителей Прохора, с любовью принял его в число послушников и вверил духовному руководству мудрого, благочестивого старца Иосифа, казначея обители.

Ревностно соблюдал новый послушник, покорный своему старцу, все монастырские правила, неопустительно посещал церковные службы и усердно, безропотно проходил одно за другим различные послушания. Сначала он трудился в хлебопекарне, отсюда переведен был в просфорню, затем в столярню, далее был сделан будильщиком и, наконец, исполнял обязанности пономаря.

Особенно долго пробыл Прохор в столярне, и в этом мастерстве достиг больших успехов. Немногие часы досуга от богослужения и исполнения послушаний он любил проводить в тихом уединении своей келии, отдаваясь молитве, чтению Слова Божия и различных душеспасительных книг.

Строгий постник, в среду и пятницу он вовсе не вкушал пищи, а в остальные дни принимал ее только однажды. Спал он обыкновенно не более четырех часов и только впоследствии, в виду болезненности, стал позволять себе более продолжительный ночной отдых, советуя и другим отдавать сну 5–6 часов в сутки.

Тиха была Саровская пустынь, строга была в ней жизнь молодого подвижника, и все же он чувствовал себя неудовлетворенным.

Некоторые монастырские старцы, ревнуя о высших подвигах, уходили из обители в обступивший ее кругом густой бор и там, вдали от людского взора, подвизались в своих лесных келиях. Эти высокие примеры неудержимо влекли к себе Прохора, и всей душой он порывался туда, вглубь монастырского леса.

С благословения старца Иосифа он нашел в лесу глухое, укромное место, устроил там себе кущу и в свободные от церковных служб и послушаний часы предавался в ней Богомыслию и молитве.

В 1780 году Прохор тяжело заболел. Все его тело распухло. Упорный недуг длился три года. В течение полутора лет Прохор неподвижно лежал на своем жестком ложе и безропотно переносил всю тяжесть страданий. Престарелый отец Иосиф служил болящему, точно послушник. Много также заботился о нем строитель (настоятель) обители Пахомий, почти неотлучно находившийся при его постели.

Болезнь все усиливалась. Явилось опасение за жизнь Прохора. Строитель хотел пригласить врача, но Прохор решительно отказался. «Я предал себя, – говорил он, – истинному Врачу душ и телес, Господу нашему Иисусу Христу и Его Пречистой Матери. Если любовь ваша рассудит, снабдите меня убогого, Господа ради, небесным врачевством, т. е. причастием Святых Таин». Желание больного было исполнено.