Байт V. Возвращение Матери Драконов

Затем, очнувшись, принялся водить по бугристой поверхности пальцами и под ними стали вспыхивать горящими оранжевыми линиями нарисованные им знаки. Закончив начертание, Всеслав отступил на шаг. Из нижней полусферы «шишки» в пол ударил голубой конус света, и замер, срезанной плоскостью, наподобие двери, обращенный к нему. По всей «шишке» пробежала волна дрожи и плотно прижатые друг к другу чешуйки поползли вниз, раскрываясь и превращая невзрачное нечто в прекрасный шафранно – розовый цветок лотоса.

Мы втроем подошли ближе.

Всеслав посмотрел на нас, улыбнулся и сделал приглашающий жест. Шагнул в конус и исчез.

Дракон хмыкнул, зачем-то закатал рукава рубашки и тоже ступил вслед за ним.

Черта пожала плечами, сделала шаг и пропала.

Я потоптался на месте еще пару секунд и тоже решился…

Внутри цветка оказалось просторно и светло. И пусто. Только посредине, возвышаясь метров на двадцать, торчал многоярусный круглый стеллаж, диаметром в два метра, забранный по бокам паутиной тончайшей силовой сетки.

По крайней мере, мне так показалось при первом взгляде.

На самом же деле, – на полках, искрясь, переливаясь и словно надсмехаясь над нами, весело сияли, каждый всеми своими 256-ю гранями, тысячи октерактов, или – Сфер Миров! Разнообразных диаметров, оттенков связей в точках схождения и степени прозрачности внутренней сути…

– Это что это?! – только и смог пораженно выдавить я.

– Семена будущей вселенной! – Всеслав провел пальцем по силовой паутинке, прильнувшей, казалось с радостью к его руке, рисуя сложную руну. Поле, весело мигнув на прощание, исчезло. Он прошел внутрь и взял в руки октеракт размером с теннисный мячик, окинув взглядом полки с другими, разных размеров – от шарика для подшипника, до баскетбольного мяча.

Черта положила на ладошку три Сферы поменьше и любовалась пробегающими в них искорками. Шшлемхх Аинн остался верен себе и ни к чему не притронулся. А я просто стоял с открытым ртом и тихонько офигевал.