Ник Ботаник

И только потом, когда я уже поднялся на свою площадку, до меня дошло, – только что я все-таки фактически признался в нашем с Максом присутствии там во время инцидента…

II

Не смотря на форточки открытые весь день, квартира встретила меня полумраком и духотой. Свежего воздуха и света в окнах катастрофически не хватало из-за разросшихся перед ними старых деревьев. Соседи не раз приходили ко мне с просьбой подписать петицию к ЖЕКу, в которой требовали их убрать. Подписывал, конечно.

Но у того вечно чего-то не срасталось, – то работников нет, то разрешения «Зеленстроя» на спил, то деньги в бюджете закончились, то бензопила поломалась вместе с единственным мающимся похмельем дровосеком.

Так и стоят они, сколько я себя помню, воруя большую часть солнца почти у всех жителей дома, кроме самого верхнего этажа.

Да-а… Суматошный выдался вечерок, а завтра с самого с ранья на работу. Съесть бы надо чего-нибудь, да и на боковую. Непростой день мне предстоит, – кровь из носа, а машину зама начальника налоговой доделать надо! Не то Федорыч, наш начальник СТО, меня живьем сожрет! Две недели, видите ли, я с ней вожусь! А ничего, что запчасти ему только в пятницу привезли? А сегодня воскресенье! И завтра по факту всего лишь третий день, как я мотор делаю! И это вместе с выходными! Вот так всегда, – сами наплужат, напутают, затянут время, а слесарю за всех расхлебывать! Специалисты, блин! Выпить и закусить…

Я уже почти засыпал, когда во входную дверь легонько постучали.

Сквозь мутный глазок совершенно ничего не просматривалось, – наверное, снова лампочка на площадке перегорела.

– Кто? – недовольно поинтересовался я в замочную скважину.

– Это я, Вань! – донесся с той стороны тихий голос Макса. – Открой, поговорить надо!

– Иди ты к чертовой матери, придурок! – отрезал я.

– Ну, открой, пожалуйста! – не отступился он. – Ты же ничего не понимаешь!

– И не хочу ничего понимать! – не поддался я, отступая от двери. – Ты опасен! И вообще, мне вставать рано! Иди… Домой!

Я развернулся и пошел в спальню, попутно посетив туалет.

Макс еще недолго поскребся в дверь и успокоился. Шум поднимать ему было не с руки. Я же, лег в кровать, накрылся с головой простыней и, поворочавшись недолго, заснул и проспал без сновидений до звонка будильника в шесть ноль-ноль.

Уходя на работу, снова пришлось повозиться с дверью. Этот дурацкий замок давно требует замены, – все время в нем что-то заедает.