Пятнадцатое воплощение. Исторический роман

Едва слышно шелестела над ними листва деревца амалаки. Позади и сбоку хижины росла рощица гранатовых деревьев и высокое дерево манго. Густые ветви деревьев согнулись, увешанные плодами.

– Тщательно соразмеряй свои поступки и мысли с последствиями, – наставительно сказал брахман. – Не радуйся своему счастью и не горюй в несчастье, ибо то и другое лишнее в глазах истинной мудрости. – Он смолк и, погрузившись в безмолвие, устремил зоркий взгляд на дальние поля и извивающуюся по ним дорогу.

Рамалли, державший ножны с мечом на голых коленях, в свою очередь взглянул на группу всадников, показавшихся на въезде в село.

Вдруг сбоку он заметил подкрадывающегося соседа-приятеля – сквозь высокие кусты, осыпанные розовыми мелкими плодами, мелькнуло его светло-загорелое полуобнаженное тело. Далипур одним махом, точно тигр, бесшумно перескочил каменную изгородь и начал вдоль нее подбираться поближе.

Неуловимо легким движением вставая и с легким шелестом вытянув из ножен широкое, сверкающее, словно зеркало, лезвие меча, Рамалли двинулся ему навстречу: слегка пригибаясь, наклоняя плечи внутрь.

Готовые к нападению, они пристальными немигающими глазами выбирали уязвимые места для поражения. На груди Далипура ярко блестит амулет Шивы – покровителя мужской силы. Мгновение – и Далипур в прыжке взвился в воздух. Рамалли увернулся от обрушивающегося сверху разящего удара, мгновенным перекатыванием по земле направо избежал второго удара и, вскакивая, отразил третий…

Оба воина, делая опаснейшие выпады, то отступая, то вскидываясь в прыжках, кружились вокруг друг друга, словно в боевом танце.

Демонстрировали лучшее боевое искусство, распространившееся по Индии с далекого южного Керала.

Старый мудрец поднялся и, взяв с собой зонт от солнца, вышел из тени хижины, и неторопливой, исполненной достоинства поступью, направился по тропинке-улице к храмику, укрывшемуся в густой роще разросшегося баньяна – наступало время принести бескровную жертву Огню.

А воины продолжали свой поединок: без устали метались на фоне изумрудно яркой зелени кустов и травы.

Один – загорелый до темноты, другой – золотистый, как мед. Делая паузу, уравнивая дыхание, не сводя глаз, двигались друг против друга, выбирая лучшую позицию, а затем вновь обменивались неистово стремительными ударами хищно нацеленных мечей. Борьба на краю жизни и смерти. Смертельно опасная игра, словно вселенский, вечный и совершенный танец бога Шивы – Создателя и Разрушителя Мира.