Служили Прометею. Премия им. Ф. М. Достоевского

Первые же сборники стихов сделали его всеобщим любимцем: «Под северным небом» (1894), «В безбрежности» (1895), «Тишина» (1898), «Только любовь» (1903). Сборник «Будем как солнце» (1902) вышел с посвящением автора: «Посвящаю эту книгу, сотканную из лучей, моим друзьям, чьим душам всегда открыта моя душа: брату моих мечтаний, поэту и волхву Валерию Брюсову, нежному как мимоза, С. А. Полякову, угрюмому, как скала, Ю. Балтрушайтису» (Зайцев Б., «Далёкое», Вашингтон, 1965, стр.43). Всего в России вышли 9 сборников стихов К.

Бальмонта, многие из них, особенно «Под северным небом», «В безбрежности», «Будем как Солнце» читались наизусть, можно сказать, всей Россией.

Н. А. Тэффи (урожд. Лохвицкая) вспоминала о Бальмонте: «Он наша эпоха Он удивил и восхитил нас своим „перезвоном хрустальных созвучий“, которые влились в душу с первым весенним счастьем. Его читали, декламировали и пели с эстрады» (Тэффи Н., «Воспоминания», Париж, 1932).

Современники отмечали «певучую силу» его стихов. На его стихи писали музыку С.

Рахманинов (вокально-симфоническая поэма «Колокол»), С. Танеев, М. Гнесин, А. Гречанинов, Н. Черепнин, И. Стравинский. Какие имена! Но слышим ли мы сейчас эти музыкальные жемчужины с эстрады?! Увы…

Бальмонт обладал феноменальным слухом и памятью, хотя музыке не обучался. В стихах добивался удивительного музыкального звучания. А о богатстве настроений, мимолётных, изящных, о красоте языка говорить не приходится. Это было в высшей степени талантливо. А. Блок говорил: «Когда слушаешь Бальмонта – всегда слушаешь весну».

Ему не составляло ни малейшего труда слышать музыку и стихи в цвете, в богатейшем спектре оттенков. Музыку Шумана он видел в «лунном свете», Вагнера – в «могучих и нежных разливах огней», Римского-Корсакова – «зиждительно-свежей» и т. д.

Как и Скрябин, свято верил в силу искусства, представляющего сплав поэзии, музыки, живописи.

Многие его стихотворения посвящены музыке, музыкантам, отдельным музыкальным инструментам. Вот одно из таких пленительных его стихотворений:

«Виолончель – влюблённая славянка,

В ней медленно развитие страстей,

Она не поцелует спозаранку,

Неспешен ход её страстей.

А скрипка – юная испанка,

А скрипка – молния и пьянка,

И каждый мир – зарница в ней!»

Бальмонту ближе всех оказался А. Н. Скрябин. Поэту были близки идеи композитора о роли искусства и, прежде всего, музыки в духовном преображении человека. Оба утверждали бога-человека как носителя абсолютной воли.