Зелёные яблочки

Даша с неохотой уходила от подруги, ей хотелось еще услышать о том парне, поделиться своими ощущениями. Харитон усадил ее рядом с обрадованным Ваняткой.

Тот улыбался: «Даша моя.»

Даша тоже была рада ребенку. Она укутывала его, прижимала к себе.

– Давай поближе: теплее будет, – приговаривала Даша, укрывая Ванятку полой тулупа. Харитон, глядя на них, горько улыбнулся:

– Ты погляди, Дашка, он к тебе, как к матери родной ластится.

Даша поцеловала малыша в румяную от мороза щеку:

– А мы с ним любим друг друга.

Правда, Ванюш?

Тот согласно кивал.

Обратная дорога не казалась длинной. От прижавшегося Ванятки исходило уютное тепло, пахло молоком и Даша распахнула тулуп, не замечая мороза. От сознания того, что она тоже кому-то нравится, становилось радостнее на душе. Она нравится тому взрослому неулыбчивому парню…

– 4 -

Кто будет утверждать, что любовь приходит весной? Что распускающиеся цветы, зеленая травка, теплый нежный ветерок заставляют кровь пульсировать быстрее? Заставляют особ обоего пола обращать внимание друг на друга? А холодная зима заставляет только кутать носы в теплые воротники? Может так и есть на самом деле, но только любовь считает иначе.

Приходит она совсем неожиданно. Разве кто-нибудь знает, что вот завтра непременно влюбится? И как понять, что ты влюблен? Кто может рассказать: какая она любовь? Для каждого она особенная. До сих пор Даша любила только родителей, братьев, подруг. Но это было другое чувство. Даша никогда не ревновала свою мать к братьям, хотя мать и выделяла младшего. А сейчас она мучительно переживала сообщенные подругой новости. Почему так бывает? Парень, понравившийся ей, нравится и мельниковой дочке? А вдруг Паранька ему нравится? Может он и провожает ее? Она Даша сидит на своем хуторе, а соперница пользуется тем, что каждый день видит его.

– Мамань, можно сегодня в деревню? – услышала Даша голос брата Ивана. Они сидели на печи с Анюткой и Ваняткой. Даша шила обещанную юбку для куклы Маньки. Катерина, как всегда, была недовольна приходом ребятишек.

Против них самих она ничего не имела. Считала, что грех не покормить сирот. Но на Дашу она ворчала: они к тебе словно прилипли. Не привечай их. Вдруг Харитон женится – трудно им будет привыкнуть к мачехе.

Дашу не заботили последствия детской привязанности. – Ну что тут такого?, – считала она, – я им просто подружка. Вот и теперь Даша уединилась с детьми подальше от осуждающих глаз матери. Она вполуха прислушивалась к нудящему голосу брата.