Зелёные яблочки

– А-а-х, про-о-сють!… – хором заголосили бабы.

Даша, став невольной свидетельницей, с недоумением созерцала происходящее. Наконец, решившись, она бросилась в кучу, крича: Тетка Люба! Теть Вера! Вы же убьёте её!

Наблюдавшие мужики тут же оттеснили ее: не вмешивайся, девка! Дай до конца досмотреть представлению! Чай не впервой!

И правда, бабий гнев поостыл, и помолотив друг дружку еще немного уже без прежнего пыла, они, уставшие и довольные, поднимались со снега. Оценив ущерб, начали приводить себя в порядок.

– Прям – теянтер! – Верка заправляла под платок выбившиеся волосы, – в город ездить не надо.

– Ладно, бабы! Айда по домам! – скомандовала Любка. Она плюнула в сторону Фроськи и первая покинула поле боя. Даша, успокоившись и решив, что для Фроськи опасность миновала, направилась в лавку.

Алексей скучал за прилавком, перекидывая костяшки на счетах. Но, увидев вошедшую Дашу, вскочил с табуретки и кинулся ей навстречу: Дарья Михайловна, – он учтиво подставил Даше руку, – наконец-то заглянули к нам, думал уж: не дождусь! Что же вы так долго не заходили?

– А то не знаете, Алексей Наумыч, – Даша все еще возбужденная, в тон ему разыгрывала из себя знатную купчиху.

Метель дороги перемела, не выбраться было с хутора. Вы мне соли, да сахара фунт отвесьте, пряников, да леденцов не забудьте. А самое главное – спичек, – вспомнила Даша.

Алексей бросился исполнять ее просьбу. Он, чуть ли не бегом, сновал между полками, не сводя глаз с Даши. Наконец, сумка была наполнена.

Появившийся Наум, хозяин лавки, оттер сына в сторону: сам рассчитаю. Он перекидывал костяшки на счетах, не доверяя сыну деньги. Тот, надувшись, стоял рядом. Наум назвал сумму, и Даша протянула зажатые в кулачке деньги.

– Ты газеты передай деду, – Наум подал ей сверток, перевязанный бечевкой, – пусть просвещается.

Даша взяла тяжелую сумку и направилась к двери.

– Эх, расцвела девка, – ухмыльнулся ей вслед Наум, – кому-то достанется такой первоцвет?

Стоявший за спиной отца Алексей тоже не сводил глаз с Даши, и кривая улыбка ломала его губы: уж он то не упустит своего.

Во внешности девушки и правда произошли изменения: походка стала плавной, а глаза светились тайной, придавая ее лицу еще больше красоты. Даша вдруг как?то враз повзрослела.

Выйдя из лавки, она направилась на край деревни. Девушка знала, что Маришка теперь ждет ее с нетерпением. Ей тоже хотелось поделиться своим секретом. Маришка должна знать, ведь она, как родная для Даши.