Зелёные яблочки

Здесь и решил он поставить свой дом.

Деревенский сход разрешил Федоту строиться.

Места много, кругом степь.

Вода, правда, в вырытом колодце была солоноватой, но со временем к ней привыкли.

Хутор тот назвали по имени основателя: Федотов.

Да только со временем прилипло к имени еще одно название: Лазоревый. Уж так буйно по весне цвели лазоревики вокруг.

Федот, как приезжал в деревню, так и превозносил до небес те цветы, рассказывая, как цветут они по бесконечному полю до самого горизонта. Вот и прозвали прадеда: Федот Лазоревый.

Прилипнув однажды, название иногда живет в веках.

Так и тут: в хуторе давно новые хозяева, а называется он по?прежнему: Федот Лазоревый. Строил свою хату прадед сам, да жена помогала месить глину с соломой. Из высохшего самана они складывали стены. Зиму провели в землянке. Братья приезжали, уговаривали да увещевали, обещали помощь, предлагали денег.

Гордый мужик был неумолим.

После этой стройки, надорвавшая здоровье жена его начала болеть. Так и не оправившись от своих болезней, она первой открыла хуторское кладбище.

К тому времени сыновья выросли и сами устраивали жизнь.

Через какое-то время прадед, отделив троих сыновей, построил им такие же саманные хаты на отдальках от своей. Хаты эти утопали по весне в цвету яблонь, вишен и слив.

Самый младший и любимый сын, так уж получилось, жил с отцом. Хутор разрастался медленно. Внуки не хотели жить в такой глуши, переезжали в деревню, поближе к людям. Желающих переселиться из деревни оказалось немного.

Хотя и были таковые. Чаще всего те, кто не уживались с родней.

Каждое воскресенье хуторяне ходили в деревню в церковь, да изредка на неделе бабы собирались в лавку за продуктами, которые не могли произвести в своем хозяйстве. Соль, сахар, спички, селедку, городскую мануфактуру покупали бабы в лавке у местного лавочника.

Такие посещения деревни были редкими.

На хуторе сеяли лен, теребили его, да долгими зимними вечерами ткали на станках холсты, как для домашнего пользования, так и на продажу.

Холсты охотно покупали на осенних и зимних ярмарках в уездном городке. Для домашнего пользования ткань красили, кто чем мог. Шили из них рубахи мужикам, да немудреные наряды бабам.

– 2 -

На посиделки в деревне собирались в хате вековухи Августины. Жила она со своим отцом. Замуж ее никто не взял – некрасивая была девка, лицо у нее оспой прихвачено. Да и приданого за ней мало давали. Вот и обходили ее дом женихи.

Августина на жизнь не обижалась.