Дом для призрака

Когда улеглись, ведьма руки распускала в меру, сильно не хулиганила, а я хоть и отвечал, но без энтузиазма, так, сквозь сон, чем, наверное, её озадачил. Я уже сообразил: как только дело дойдёт до определённой черты, она спокойно отвернётся и уснёт. Поэтому поиграюсь и я.

Перед тем как мы забрались в машину, Семёныч и Гоша с явным удовольствием поменяли человеческий образ жизни на звериный и ушли в лес.

– А если их увидят? – спросил я у Светланы, – ты представляешь, что будет какой шум поднимется? Мы же слишком близко к городу.

– Не увидят, – успокоила меня Света, – если Семёныч не захочет, не увидят.

Утром, когда мы выбрались из машины, возле небольшого костра уже сидели и пили чай с бутерами вчерашние звери.

– Ну что, натешились, дети мои? – прогудел медведь. Я промолчал, а ведьма ответила:

– Семёныч ты, наверное, как всегда не теряешь надежды увидеть, как я краснею? Да? При этом она с удовольствием потянулась и зевнула.

– Не дождёшься.

Мы умылись, поливая друг друга из канистры, позавтракали и поехали на место встречи, которое обговорили ещё вчера.

Наш проводник был уже на месте, увидев нас, он сел в свой уазик и покатил, мы пристроились за ним. По заросшему просёлку углубились в лес всего километров на пять, когда наш сопровождающий остановился и показал на какой-то полуразрушенный домик с обвалившейся крышей, у которого не было ни окон, ни дверей и брёвна которого выглядели очень старыми. От забора, окружавшего когда-то дом, практически ничего не осталось, был похоже на то, что доски просто растащили, так как из земли торчали только покосившиеся столбики.

Перед домом, напротив входа, лежал валун, было видно, что поверхность камня каким-то образом обработана и представляет собой плоскую поверхность, на которой просматривались глубокие борозды, складывающиеся в незнакомый мне рисунок.

Я подошёл к камню и почувствовал, как у меня словно мурашки побежали по коже, что-то от камня шло, что-то непонятное мне, но знакомое и очень приятное.

Я уже сталкивался с этим ощущением. Но где, вспомнить не мог.

«Ну и ладно, на нет и суда нет…», – решил я. И более внимательно осмотрев камень, увидел в его центре небольшое углубление, забитое грязью и мусором.

– Вон там, возле развалины его видели, – сказал наш проводник, вероятно, имея в виду лешего, и показал рукой.

– А что это за место? – спросил я. – Кто здесь жил?

– Да, жил, вернее жила, но лет двадцать назад пропала, исчезла и всё.