Ликвидатор

Потом он получил вожделенное место в Администрации, а его гомосексуальный партнер нашел себе нового мальчика.

Уже после всего этого он понял, в чем смысл. Это что-то вроде инициации, понимаете? В системе власти, которую строили эти люди, – многое было на словах. Люди не могли прямо, законно контролировать то, что имели, а в последнее время и через офшоры работать тоже было опасно. Президент, который сейчас, по слухам, был при смерти, – был отнюдь не в восторге от получившейся в стране вертикали.

А после события на Болотной он возненавидел ее, зная, что часть чиновников из этой вертикали моментально начали тайные переговоры с представителями оппозиции о том, чтобы влиться в состав нового правительства в случае победы или хотя бы получить возможность скрыться с награбленным. Добрые люди из ФСБ и Службы безопасности президента положили Папе на стол распечатки телефонных переговоров и интернет-переписки. Эта готовность моментально переметнуться даже к откровенно слабому, имеющему весьма призрачные шансы на победу врагу взбесила Папу настолько, что он начал наносить удар за ударом по системе, вышвыривая людей с должности и лишая «источников пропитания» целые кланы – после чего их с радостью разрывали на куски другие. Беда была в том, что систему Папа знал назубок, до самых ее потаенных мест. Он знал, что стоит только найти в органах ФСБ, МВД, Генпрокуратуры свору молодых и голодных, показать им «вот этих можно, фас!» и сказать «что отберете, то и ваше будет» – и все. Конец. Разорвут на части. Из глотки вырвут, с руками оторвут, не посмотрят на семьи. Чиновники часто держали «белые и пушистые» фирмочки – небольшой бизнес для жены, для детей, на случай, если все отнимут. И это отнимут! Какой бы белой и пушистой ни была отчетность – отнимут, найдут из-за чего. Когда карьеристам предоставляется с самого верха законная возможность разорвать начальника в клочья, никто не откажется от этого.

Потому что их система построена на ненависти, злобе и унижении.

На праве унижать и обязанности унижаться. Все они – от последнего клерка и кончая самыми верхами, были молодыми и голодными и, судя по возрасту и по трудовой книжке, поднялись наверх быстро и во многом незаслуженно. Все они в детстве недоедали, и их никто не научил, что такое добро, потому они хапали так жадно и потому унижали тех, кто внизу. Для этого и нужен гомосексуализм – как в тюрьме.