Ликвидатор

 – А по тем, кто еще не подорвался! Она в кремлевский пул входила – думаешь, я не знаю?! Кто и как ее проверял? Может, завтра нас всех в Грановитой палате на воздух поднимут! Паразиты!

Сергей Сергеевич побледнел.

– Так точно. Брошены все силы.

– Силы… – с насмешкой сказал президент, – ты уж лучше скажи, как было, не ври. Легла под одного из ваших… со Старой площади. – Для обозначения «тех, кто со Старой площади» – президент употребил страшное ругательство. – Ну?

– Так точно. Было.

– Сволота…

Президент внезапно успокоился.

– Что с американцами? Информация есть? Что-то помимо того, что на Совбезе мололи?

– Так точно. Просят разрешить следственной группе работать в Москве.

– Просят?

Тон главы государства не предвещал ничего хорошего.

– Убедительно просят, – выкрутился Сергей Сергеевич. Если говорить честно – американцы давили на него, и сильно, он даже отключил все телефоны, приказал ни с кем не соединять. У американцев есть одна очень неприятная особенность – просить они не умеют.

Совсем. Они приходят к тебе и говорят, что им нужно. И смотрят на тебя так, как будто ты им должен. И возмущаются, если ты не делаешь, – причем искренне возмущаются. Им плевать, что он и так сделал все, что мог. Им плевать, что вот такая вот «аудиенция у главы государства» здоровенный кусок здоровья отнимает, потом никаким коньяком не отпоишься. Это у них там… хиханьки-хаханьки. А тут – каждый день как гимнаст на проволоке.

– Не пускать. – Слова упали, как камень в тишину кабинета.

 – Если нужно, то и силовыми методами. Здесь им не Кабул.

– Есть.

Президент, казалось, отвлекся – но тут же его взгляд снова сфокусировался на переносице подчиненного, прямой и страшный, как лазерный луч.

– Кто играет игру? Кто подорвал американцев?

…

– Может, ты?

Обвинение было страшным.

– Владимир…

Президент махнул рукой:

– Не трать усилий. Все равно не поверю. Найди. Сам найди, пока этого не сделали американцы.

– Есть.

– Кому есть, а кому и лапу сосать.

Имей в виду – проверять я лично буду. И упаси тебя господь хоть на толечку соврать. Хоть на грамм. Знаешь, что будет.

…

– Все. Иди.

На ступенях парадного дачи Сергей Сергеевич появился в крайне дурном настроении.

Охрана у входа сделала условный знак, водилы и челядь смяли и спрятали в карманы бычки, одернули пиджаки и приняли подходящее случаю выражение лица – преданность, решимость и готовность исполнить любое поручение.