Крокодилий остров

И пила она его пока не напилась, пока пепел плода, приложенного к пустой груди, не разнёс ветер.

И повелела она огню поймать тех, кто отрёкся от неё, и дать им взглянуть в око бедствия. И унеслось пламя, сжигая всё на своём пути, на ту сторону острова. И не пощадило оно никого. Лишь крокодилы остались.

Кулутунайя Амо-Отоко-Опи нырнула в залив, смывая с себя пепел и копоть прошедшей ночи. А когда вышла на берег, её уже ждали. Чуирококо – белый крокодил – хранитель острова. Он лежал на песке и смотрел на последнего человека своего острова, а на голове, похожей на блюдо с выкрашенной в белый галькой, сидела лягушка.

Кулутунайя хотела пройти мимо, но сверху с криком слетела цапля и схватила лягушку. Девушка хотела подобрать палку, чтобы освободить несчастного зверя, но палки не было. И тогда в руке появилось огненное копьё.

Краткий замах. Полёт. И копьё сразило цаплю. А вместе с ней и лягушку.

И тогда, осознавая свою силу, Кулутунайя легла на песок напротив Чуирококо, предлагая ему полакомиться собой, но старый мудрый крокодил лишь смотрел.

– Моё племя отреклась от меня. Моя земля изгнала меня. Бездна заглянула в глаза моему Этито. Что делать мне, о, мудрый Чуирококо?

Белый крокодил не ответил. Он медленно поднялся на толстых коротких лапах и побрёл к воде. Он погружался неспешно в чёрный от пепла залив, лишь белое тело и длинный хвост слабо светились во тьме. Чуирококо повернул голову к месту, где почти сходились два конца острова, где залив становился морем, затем перевёл взгляд на девушку и нырнул.

– Ты говоришь мне уйти. Но куда я уйду? У меня нет больше племени и я не знаю, есть ли другие племена там, где кончается большая вода! – выкрикнула она, но ответа не получила.

Кулутунайя лежала на песке и смотрела, как в лазури неба в обрамлении чёрных остовов пальм летят цапли.

– Была бы я цаплей, улетела бы с ними. Я не возьму ничего, что остров хотел бы вернуть, потому никакая палка меня не достанет, никакое копьё не сразит.

Кулутунайя Амо-Отоко-Опи встала во весь рост и подняла руки. Изнутри кожа пронизалась светом и появились крылья огня. Девушка взмахнула и взлетела, но вспомнила, что было то, что ещё принадлежало этому месту. Имя.

Она коснулась береговой линии трижды лбом, нашла сгоревшее крокодилово яйцо, раскрошила его в чёрный пепел, натёрла руки. Затем омыла их в заливе со словами «Кулутунайя Амо-Отоко-Опи, ты остаёшься здесь. А я отправляюсь за большую воду».